Не поворачиваясь ко мне, он загадочно ответил:

– Скоро запоют жалобные козодои и засияют жуки-светляки – и наступит время.

– Чего?

Он не ответил, и я пошел обратно к дому. По дороге я заметил какое-то движение в сгущающихся сумерках с той стороны дома, которая была обращена к дороге, и, подчиняясь инстинкту, побежал в этом направлении. В школе я был неплохим спринтером и с тех пор утратил лишь незначительную часть своей спортивной формы. Когда я обежал вокруг дома, то заметил какого-то страшно оборванного типа, который, выйдя из леса, пытался скрыться в растущих вдоль дороги кустах. Я бросился вдогонку и вскоре настиг его. Я схватил его за руку в тот момент, когда он перешел на бег. Передо мной был молодой человек, не старше двадцати, он отчаянно сопротивлялся, пытаясь освободиться от моей хватки.

– Оставьте меня в покое! – чуть не рыдая, умолял он. – Я не сделал ничего дурного.

– Чем вы здесь занимались? – сурово спросил я.

– Просто хотел узнать, вернулся ли Он. Хотел взглянуть. Мне сообщили, что Он вернулся.

– Кто сообщил?

– Разве не слышите? Лягушки – вот кто!

Я был потрясен и невольно сжал сильнее его руку. Он вскрикнул от боли. Ослабив немного хватку, я потребовал, чтобы он назвал свое имя. Только тогда я его отпущу.

– Только Ему не говорите! – умолял он.

– Не скажу.

– Я – Лим Уэйтли, вот кто я такой!

Я выпустил его руку, и он тут же кинулся прочь, видимо, не веря, что я не брошусь за ним в погоню. Но, убедившись, что я не намерен этого делать, он остановился, нерешительно повернулся и торопливо подошел ко мне без всяких криков. Он схватил меня за рукав и заговорил тихим голосом:

– Вы не поступаете так, как один из Них, нет, не поступаете. Лучше вам убраться отсюда прежде, чем что-нибудь произойдет.

Потом он снова бросился в сторону, но на сей раз уже не возвращался – пропал, легко растворился в густеющей темноте, окутавшей уже весь лес. За моей спиной лягушачий концерт достиг безумного неистовства, и я с радостью подумал о том, что окна моей комнаты в восточном крыле дома не выходят на болото; но и в этом случае их хор был достаточно слышен. В ушах по-прежнему звенели слова Лима Уэйтли, возбудившие во мне безотчетный страх, страх, который всегда подстерегает любого, оказавшегося перед лицом Необъяснимого, Неведомого, человека, испытывающего вполне естественное желание как можно скорее дать деру. Через несколько секунд мне удалось подавить в себе страх и импульсивное побуждение немедленно последовать совету Лима Уэйтли. По дороге к дому я все время думал о проблеме, стоящей перед населением Данвича,– это новое происшествие вкупе со всем остальным убедило меня, что кое-какие отгадки происходящих здесь таинственных событий следует искать среди местных жителей, и, если мне удастся заполучить автомобиль кузена, можно было бы провести дальнейшее расследование. Амброз находился там, где я оставил его: казалось, он не заметил моего отсутствия. Решив не мешать ему, я направился к дому и был удивлен, когда он окликнул меня и, поравнявшись, молча зашагал рядом.