И это сработало. В голове прошелестело: «…я молюсь…» — и она вновь стала Кэрол Шелтон, которая ехала на остров Каптива, в Палм- Хауз, со своим мужем, известным программистом, где их ждали пляж, коктейли с ромом и музыканты, играющие «Маргаритавиль».

* * *

Они проехали супермаркет «Пабликс». Они проехали негра, который стоял за придорожным лотком с фруктами. Негр этот напомнил ей актеров тридцатых годов и фильмы, которые она смотрела на канале «Американское кино», старый такой негр в комбинезоне с нагрудником и соломенной шляпе с круглой тульей. Билл болтал о пустяках, она поддерживала разговор. Ее забавляло, что девочка, которая с десяти до шестнадцати лет носила медальон с Девой Марией, стала этой женщиной в платье от Донны Каран… что парочка, которая ютилась в жалкой квартирке в Ривере, превратилась респектабельных богачей, которые катили сейчас по шоссе, обсаженном пальмами… но она стала и они превратились. Однажды, еще в Ривере, он пришел домой пьяным, и она ударила его, до крови разбила губу. Однажды, жутко боясь оказаться в аду, она лежала, с разведенными, зафиксированными ногами, накаченная обезболивающими и думала: «Я осуждена, моя душа осуждена на вечные муки. Миллион лет, и это только доля секунды на часах вечности».

Они остановились, чтобы заплатить за проезд по дамбе, и Кэрол подумала: «У кассира будет родимое пятно на левой стороне лба, переходящее в бровь».

Пятна на лбу кассира, невзрачного мужчины лет под пятьдесят или чуть старше, с коротко стриженными, обильно тронутыми сединой волосами и в очках в роговой оправе, такие обычно говорят приезжим: «Желаю вам хорошо провести время,» — не оказалось, но чувство начало возвращаться, и Кэрол осознала: если раньше она только думала, будто что-то знает, то теперь знает точно, поначалу не все, но к тому времени, когда они добрались до маленького магазинчика по правую сторону от дороги 41, практически все.

«Магазин называется „У Корсона“ и перед ним мы увидим маленькую девочку, — думала Кэрол. — На ней будет красный передник. Она только что играла с куклой, грязной, старой, желтоволосой, но оставила ее на ступенях, чтобы посмотреть на собаку, которая сидит в „форде-универсале“».

Магазин назывался «У Карсона» — не «У Корсона», но все прочее совпало. И когда «Краун Вик» проезжала мимо, девочка в красном переднике посмотрела на Кэрол. У нее было строгое лицо крестьянской девочки, хотя Кэрол не могла понять, как могла крестьянская девочка попасть в страну богачей, девочка и ее грязная желтоволосая кукла.

«Здесь я спрашиваю Билла, далеко ли еще ехать, только я этого не сделаю. Потому что я должна разорвать этот цикл, эту петлю. Должна».