— Разве не вы сами просили нас ограничиться малыми силами?

— Да-а, да, вы правы. Вы блестяще справляетесь с делами. Вы сегодня выручили нас. Вряд ли необходимо усиливать охрану. Верно… Я что-то неважно себя чувствую.

Кора мгновенно повернулась к нему.

— Оставьте меня в покое! — огрызнулся Клин, откидываясь назад на мягком сиденье. — Я устал, мне нужно отдохнуть. Всем вам вечно чего-то от меня нужно, все вы хотите слишком многого от меня… ждете чего-то невозможного. Дайте мне отдохнуть, понятно?

Холлоран услышал, как хлопнула крышка коробочки с пилюлями, как таблетки застучали о ее борта, перекатываясь в ней.

— Феликс, — заботливо сказала Кора, — примите их, они успокоят вас.

— Вы думаете, мне хочется пить наркотики в «такое» время? Вы хотите вконец меня обессилить?

Звонкий шлепок — и таблетки рассыпались по полу.

— Я собрался с силами, слышишь, ты, сука? Может, эти ублюдки хотят убить меня, а ты подсовываешь мне свои дурацкие наркотики!

— Это всего лишь «Валиум», Феликс, очень слабое лекарство. Вам нужно успокоиться.

Кресло Монка вздрогнуло — это Клин ударил по нему ногой. Однако телохранитель продолжал глядеть в окно как ни в чем ни бывало.

Голос Клина стал высоким и резким, почти визгливым.

— Ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю, Кора? Ты знаешь?.. Я сейчас выкину тебя вон, прямо на дорогу, вон из машины! И оставлю, где придется! Ты этого дождешься, Кора, ты у меня дождешься… Что ты тогда будешь делать, а?! На кой ты мне нужна, такая…

— Не надо, Феликс… — тихий голос девушки был полон страдания. — У тебя опять был ночной кошмар, ты не соображаешь, что ты сейчас говоришь.

— Я не соображаю? Я?.. Ты думаешь, я еще стану церемониться с такой падалью, как ты?..

Холлоран услышал резкий, короткий звук, как будто хлопнули в ладоши, а затем — слабый вскрик испуганной женщины. Он плавно остановил «Мерседес», свернув на обочину дороги, и обернулся лицом к Клину, небрежно облокотившись о спинку водительского кресла. Кора сидела, прижавшись лбом к оконному стеклу; слезы ручьями бежали из ее глаз, а на щеке отчетливо был виден красный след.

— Клин, — спокойным, твердым тоном сказал Холлоран, — вы начинаете заводиться. Я не могу спокойно выполнять свои обязанности при таком шуме. Я прошу вас сидеть тихо, не мешая мне сосредоточиться и следить за обстановкой, если, конечно, вам хочется, чтобы вас довезли до дому живым и невредимым. Если к концу нашей поездки вы захотите избавиться и от меня тоже, вам достаточно будет просто позвонить в нашу организацию — меня тотчас же сменят. Во всяком случае, я возражать не стану. Баба с возу — кобыле легче, вы поняли, что я имею в виду? Ну как, договорились?