– За что же ты ее тогда так, если она со всех сторон невиноватая? – раздраженно спросил Дэйв, совершенно не согласный с выводами Дарьи.

– Вспылила я. Зря. Не разобралась. Всё вместе просто навалилось. Я же сначала Яна допросила…

– Я поговорю с ней, – задумчиво сказала Ирма. – Потом подумаю. Она то где живет сейчас?

– Да дома живет. Они не успели съехать. Им срок неделю дали, а тут башня рухнула и все перепуталось. Так семья Марьяны пока дома и сидит. На тюках и чемоданах. Ни от Ордена, ни от тебя жалости не ждут. Думают, что вот-вот новый управляющий городом заявится.

– Позову ее завтра в замок поговорить, – решила Ирма, – А ты давай, собирайся. Поедем сейчас. Незачем тебе тут дальше прятаться.

– Погодите. Вы лучше мне расскажите, что с вами то произошло. Как так с башней получилось? А тот тут такие слухи ходят.

– Вот по дороге и расскажем. Ты нам слухи, а мы тебе свою историю. Давай, вещи твои соберем.

***

Марьяна с совершенно понурым и несчастным видом приехала в замок на следующий день. Платье, она, конечно, специально подобрала под этот случай – скромное, старое, льняное. Хотя раскаивалась она действительно искренне. Дарья это почувствовала уже давно, еще когда та ей ключи совала от бесхозной мансарды. Потому и взяла.

И без того голубые и водянистые глаза Марьяны с самого начала были мокрыми от слез. Первым делом Ирма накрыла ладонью четыре небольших свежих шрамика на щеке девушки, хотя по меркам Дэйва это были вообще ничего не значащие царапины. Марьяна вздрогнула и стояла, испуганно хлопая глазами, пока Ирма, закрыв глаза, держала на ее щеке руку. Когда она убрала ладонь, кожа на щеке была идеально гладкой. Только чуть более розовый цвет четырех полосок на фоне смугловатой кожи Марьяны напоминал о том, что там недавно были царапины. «Через дня три вообще никто не заметит», – сказала Ирма.

Вот тут Марьяна и разревелась. Ирма сначала ждала и пожимала плечами, потом всерьез начала успокаивать девушку, но от этого становилось только еще хуже. С каждой заботливой фразой плач становился только интенсивнее.

– Как я могла… буль, буль, буль… ведь ты… буль… буль… всхлип… всегда для меня… всхлип…

И так далее.

Ирма решила сменить тактику и перешла на жесткий голос со стальными нотками:

– Так, хватит жалеть себя! Ты дура. И ты сама это знаешь. Ты сделала огромную глупость, из-за которой я чуть не погибла, а мои друзья рисковали своими жизнями, чтобы меня спасти. Я вижу, что ты понимаешь, какая это была глупость.

Это подействовало. Марьяна, кивнула, закусила губу и сдержала рыдания. Ирма продолжила: