Быстрой трусцой Александер вернулся в здание. Чуть менее стремительно поднялся по винтовой лестнице башни, поднимая ногами облака многолетней пыли. Господи, бросай уже курить, засранец, - сказал он себе, достигнув вершины. Прохладный свежий воздух ударил ему в лицо. Он откинулся назад, задыхаясь и проклиная свою привычку выкуривать по несколько пачек в день.

Затем, как большинство курильщиков, закурил очередную сигарету.

Потом он повернулся, посмотрел вперед и...

Срааааань господня, мать твою за ногу... - подумал священник, вновь глядя на озеро.

4

4

Это было ужасно и отвратительно. Как вообще кто-то мог сделать такое? Чэрити чувствовала, будто с нее содрали кожу, будто ее разум обнажился от потери того, что она считала здравым смыслом.

Энни немного пришла в себя, по крайней мере, была способна ходить. - Давай же!  Давай же! - рычала Чэрити, ее груди раскачивались под блузкой. - Нужно отвести тебя домой!

- Бульон, - рассеянно ответила ее тетя. - Джералдин...

Кто такая Джералдин? И что за бульон? Чэрити выбросила пока это из головы, сконцентрировавшись на том, чтобы довести свою тетю до дома живой. Но еще она была обеспокоена -  очень обеспокоена - тем, что она увидела в раскопанных могилах. На большом камне была надпись «СИССИ». Во вскрытом гробу лежал обычный скелет. А в другой разрытой могиле, в маленьком гробике - точнее, в маленьком ящике - лежал крошечный бурый скелетик.

Теперь Чэрити знала, что это была детская могила.

Но ее беспокоил не сколько скелет младенца, сколько выцарапанная на крышке ящика надпись:

ТОЛСТОЛОБ, ГОРИ В АДУ.

5

5

- Кто такой Толстолоб?

Энни опустила глаза.