- Мне нужны ответы, Тетушка Энни, - заявила она. - Ты не рассказала мне всего, но ты знаешь. Я уверена, что знаешь! Что здесь происходит? Что это за штуковина?

Энни продолжала рыдать.

- Ты права... Боже, прости меня... ты права! Я не рассказала тебе всего... Я солгала!

- Солгала насчет чего? Скажи мне.

Из носа пожилой женщины свисали нити соплей. Щеки блестели от слез.

- Тот тип изнасиловал твою маму прямо здесь, где я стою на коленях! Это был не человек!

Немного успокоившись, Чэрити сделала вывод:

- Хочешь сказать, он вышел из той штуковины в озере?

- Да!

- Что еще? - спросила Чэрити, уверенная, что Энни недоговаривает. - Что еще ты мне не рассказала?

Еще больше слез и соплей.

- Мне очень жаль, Чэрити!

- ЧТО?

- Я солгала тебе насчет еще кое-чего. Сказала, что ты родилась за год до изнасилования... Но это не так! Твоя мама была изнасилована той вышедшей из озера тварью, а девять месяцев спустя она родила Толстолоба! Но после того, как Толстолоб проел себе выход из ее живота, я услышала кое-что. Услышала, как еще один ребенок плачет внутри, поэтому я заглянула внутрь и вытащила тебя из останков твоей бедной матушки.

Выражение лица Чэрити все это время оставалось равнодушным. Близнецы. Теперь ей все казалось понятным.