— Пожалуйста, Боже, — попытался было произнести старик, но к горлу подкатила желчь, и на слове «Боже» Джорджа стошнило кровью.

Тут же при мысли о вечности его охватил панический, парализующий ужас. Вот оно, приближение смерти. В памяти внезапно всплыли услышанные еще в детстве жуткие, леденящие душу рассказы о преисподней и вечном адском пламени, о кошмарных чудовищах, поджаривающих на сковородках корчащиеся тела мучеников. Да, в свое время Джордж с усмешкой отмахивался от всей этой чепухи, теперь же она неизбежно превращалась в его собственное будущее, которое уже не за горами… А подтверждением тому служили сгустки выплюнутой крови, темневшие на траве.

Старик внезапно перестал чувствовать левую руку Никакой боли, ничего — просто омертвевшая конечность. Он попробовал согнуть пальцы, но не смог даже пошевелить ими Боль была бы желанней, чем эта пугающая бесчувственность.

Перед глазами стоял какой-то туман. Джордж двигался почти на ощупь, спотыкаясь и наталкиваясь на кусты и деревья, ветки которых больно хлестали старика по лицу. Он поранил ногу о камень и, всхлипнув, остановился, не замечая Дэмьена, чей силуэт нечетко вырисовывался на фоне деревьев чуть поодаль. Но в тот же миг Джордж услышал злобное рычание. Он понял, что не один здесь.

Старик силился разглядеть что-то в кустах. Он двигался на звук и наконец очутился лицом к лицу с Дэмьеном. Тот улыбался в темноте. Собака, застывшая у ног юноши, напряглась, готовая к прыжку.

Джордж поднес руку к глазам, словно это могло помочь ему разглядеть хозяина. При этом резком движении животное угрожающе оскалило зубы, приподняв морду. Джордж прекрасно знал, что зверю ничего не стоит в один прыжок преодолеть расстояние, разделявшее их, и вцепиться ему в глотку.

— Видишь, животяге не терпится разделаться с тобой сейчас же, на этом самом месте, где ты подсобил ему родиться. Неплохая благодарность, старик, — ухмыльнулся Дэмьен.

Джордж открыл было рот, чтобы ответить, но что он мог сказать в свое оправдание?

— Итак, — вкрадчиво продолжал юноша, — ты еще надеешься, что Назаретянин спасет твою душу?

— Прости меня, — едва слышно пролепетал старый слуга. — Пожалуйста, прости.

— Простить тебя?! — Улыбка исчезла с лица Дэмьена. Юношу охватил гнев, необузданный и страшный. — Простить? Мой отец никогда не прощал. Не прощаю и я. Ты обратился не по адресу.

Саркастическая усмешка снова тронула губы Дэмьена.

— Странно получается. Ты принес мне от отца весть, будто тысяча лет — всего лишь день, ты же теперь отворачиваешься от меня, от моего отца и отца моего отца. И ты еще смеешь молить о прощении?