- Как будто ты меня послушал бы. Я боюсь его.

- Только не верь всей этой мумбо-джумбо, ладно? Он просто болтает всякую шизофреническую чушь.

- Не совсем, Руди. Перед тем, как бросить университет и пойти ишачить на двух работах, чтобы вытащить тебя из цементных колодок, я изучала древнюю историю. Кеноты, зиккураты, аломансия - это все из вавилонских мифов. Парень говорит, что он одержим духом солевого ворожея - нашипу. Фактически, он признался, что в нем сидит демон.

Руди тихо рассмеялся.

- Ты, наверное, перегрелась на солнце, милочка. Он обычный шизик, понимаешь? Я думаю, парень сбежал из ближайшей психушки, а всю эту дрянь он вычитал в какой-нибудь оккультной книжке. Гор верит в одержимость демонами. Ну, и ладно. Пусть думает, что хочет. Для нас важно, что он обладает даром экстрасенса. Ты же слышала его? Он сразу же предугадал, что подружка бармена изменяет ему на стороне.

- Это могло быть совпадением.

- Совпадением? А что ты скажешь насчет боя Черепахи и Щуки? Он не только назвал победителя, но и раунд угадал. Гор выбрал парня, которого каждый городской букмекер считал пропащим лузером.

- Меня это не волнует, - повернувшись спиной, ответила Бет. - Он жуткий тип. Я не хочу, чтобы он жил в нашем доме.

- Дорогая, этот Гормок - золотой рудник на двух ногах. Мы будем держать его под своим крылом, и нам больше не придется тревожиться о деньгах. Мы будем...

Крик рассек воздух, как лезвие гильотины. Руди и Бет напряглись под одеялом. Еще один крик донесся из соседней комнаты.

- Это М... Мона? - заикаясь, прошептал Руди.

- Д... д-да, - согласилась Бет.

- Она твоя подруга. Сходи и посмотри, что случилось.

- Мать твою! - закричала Бет. - Трусливый сукин сын!

- Ладно, пойдем вдвоем. Я буду защищать тебя.

Руди храбро взял со столика Бет одну из пилочек для ногтей. Затем, всклокоченные и в нижнем белье, они на цыпочках вышли из спальной.

- О, Боже! - прошептал Руди, заметив открытую крышку подвального люка.

Они прошли по коридору и заглянули в комнату Моны.

- О, Боже, - еще раз тихо повторил Руди.

Однако Бет не стала шептать. Она истерично завизжала. Гормок, с лицом, измазанным алой жидкостью, смотрел на них с дикой усмешкой. На кровати, перепачканной кровью, лежала Мона, обнаженная и мертвая... и немного выпотрошенная.