Они медленно расстегнули ремни и положили их вместе с оружием в ножнах в центре стола. Ангус наклонился, сгреб их и бросил себе на колени.

Рик и Берт оставались невозмутимыми. Не хотелось давать понять этому ублюдку, что остаться без ножей – большая для них проблема.

- Ну что ж, - хитро улыбнулся Ангус, переводя взгляд с одного на другого. - Разве это не замечательно? Мы втроем сидим здесь, как старые друзья, - oн откинулся на спинку кресла и снова улыбнулся.

Слишком большое для такого тощего коротышки, как он, - подумала Берт. - Оно было сделано для более крупного мужчины... Она оглядела однокомнатную хижину. Сидя на своей стороне стола, ей не нужно было поворачивать голову, чтобы сделать это.

Справа от нее в углу стояла незаправленная кровать с грязным, засаленным постельным бельем. Замызганная смятая подушка наполовину свесилась с матраса. Берт скользнула взглядом вниз по подушке. К куче темного полотна, спрятанного под кроватью. Из кучи торчало что-то похожее на петлю. Она лежала, свернувшись, как змея, на истертом деревянном полу.

От страха у Берт перехватило горло.

Над изголовьем с латунными набалдашниками висела картина в рамке с изображением Христа, распятого на кресте. Берт подумала, что это, вероятно, служит напоминанием Ангусу о необходимости продолжать добрые дела Господа. Она вспомнила, как он вчера набросился на них, выкрикивая оскорбления и мерзкие слова.

Нет никаких шансов, что он забыл об этом, - подумала девушка.

Правее, сквозь грязное, задрапированное тряпками окно просачивался солнечный свет. В углу стоял большой буфет. В лучшие времена его темный шпон был отполирован, но не теперь. Берт посмотрела на тусклое, изъеденное червями дерево и прикинула, что ему, должно быть, не меньше ста лет. Фамильная реликвия.

Как и комод, с тяжелыми резными полками, возвышающимися над внушительных размеров ящиками. Все это занимало большую часть стены, напротив которой она сидела. Религиозные безделушки и выцветшие фотографии цвета сепии в медных рамах громоздились на полках и крышке комода.

Взгляд Берт задержался на фотографии маленькой, кроткой женщины, стоящей рядом с сидящим властным мужчиной. Оба были затянуты до подбородка в одежду викторианского стиля.

Особенно пристально она изучала фотографию молодой девушки с печальными глазами. На ней была вязаная шаль, и она стояла, обняв одной рукой за плечи маленького мальчика со светлыми кудрями, похожего на эльфа.