– Нет, не всё, жди, – ответил Додо.

Даша замерла и стала смотреть на шар, затаив дыхание, и она дождалась. Талисман начал распадаться на мелкие частицы и оседать на дно черной пылью. Девушка дождалась окончательного распада, просто громко сказала:

– Аминь, – и шар сгорел, – самоликвидация окончена, – сказала, усмехнувшись, Даша и пошла обратно к такси.

Мужчина сидел на траве и глядел на неё во все глаза.

– Что это было? – спросил, он, слегка заикаясь.

– А я откуда знаю. Я по-китайски не читаю, – ответила Даша пожав плечами, – но мужик, хочу дать тебе один совет. Никогда не бери никаких талисманов, если не можешь прочитать, что на них написано.

Девушка спокойно уселась в машину, закрыла за собой дверь и уставилась на водителя.

– Ну, – сказала она, – чего сидим, кого ждём?

Когда такси подъехало к подъезду, водитель не взял с Даши денег, а суетливо помог выгрузить сумки, плюхнулся обратно на сиденье и рванул с места так, как будто за ним гналась стая диких и голодных собак. Мама только покачала головой и взялась за сумку.

– Мам, – окликнула её дочь, – ты сумки не трогай, я их сама донесу. Ты мне лучше дверь открой.

Женщина суетливо забежала вперёд, широко раскрывая дверь. Даша подняла все сумки и понесла их, пыхтя и отдуваясь.

– Доча, давай помогу, – засуетилась мама, когда подъездная дверь закрылась за ними, – тяжело же.

– Что, поверила? – расхохоталась девушка и, всего лишь шевельнув пальцем, отправила сумки к двери квартиры.

Мама инстинктивно перекрестилась, Даша это заметила и снова прыснула от смеха:

– Мам, это не поможет, если ты не в курсе, то я всё делаю с молитвой. Обычной молитвой, которой пользуются все обычные люди мира.

– Да я не то чтобы… – растерялась мама, – а потому что…

Она прошла один пролёт и остановилась.

– Даш, ты иди, я сейчас, – сказала она девушке, немного задыхаясь.

– Мам, что с тобой? – встревожилась Даша, – Всё нормально?

– Нет, конечно, – поморщилась мама, – вот скажи мне, пожалуйста, вот какой нужно быть идиоткой, чтобы идти на рынок в таких неудобных туфлях? Ведь знала же, что ходить много придётся, и всё равно их натянула.