О Михаил, не уставая,

Пою я искры красоты!

Габри играл торопясь, словно стараясь успеть до прихода брата. И в самом деле, едва он дотянул последние ноты, возвратились Михаил и Иегудиил.

Михаил улыбался.

— Должно быть, мне следует сказать спасибо, — произнес он. — И надо бы заметить, что не следует равного делать неравным. Однако я чувствую, что это от чистого сердца. Поэтому просто спасибо, Габри.

— Ты мне?.. — Габри ответил не сразу. Его чистые, как небо, глаза обратились к брату.

— Прекрасная песня, — проговорил старший архангел.

— Я пел?.. Я хочу сказать, что ты ничего не слышал, потому что был там, а я здесь, — Габри безмятежно указал в сторону леса, а потом — на себя.

— Мы слышим обращенные к нам молитвы с Земли, — напомнил Михаил. — Ужели я не ведаю, с чем ко мне обращаются, назвав мое имя здесь?..

— Ах да… — лицо Габри изобразило гримасу заблуждения, но было ясно, что он все знал с самого начала.

— Я пойду, отдохнуть хочу чуть-чуть, — промолвил Иегудиил.

— Отдыхай, конечно, — кивнул Михаил. — Пока, Гуд, — он положил руку брату на спину.

— Всем до свидания. Я завтра зайду к вам поболтать, ладно?.. — Иегудиил попрощался и пошел к себе, усталый после длинных месяцев вдали от дома.

— Агни, нам нужно уходить. Скоро на инспекцию, — молвил Михаил.

— Хорошо, — Агнесс с готовностью поднялась, расправляя плечи. — Всем до встречи.

— До встречи, ребята, — ладонь Михаила обняла плечо помощницы. — Мил, ты хочешь с нами еще немножко посидеть или с Габри останешься?

— Я с Гавриилом, — ответил Иеремиил.

— Он со мной, — улыбнулся Габри.

— Хорошо. До свидания, — повторил Михаил. Он и Агнесс направились в сторону архангельского уголка и вскоре исчезли за деревьями.

— Мы тоже пойдем, а то уже поздно. Вернее рано, — промолвил Рафаил, оставляя свое бревно. Его лицо поднялось к проклюнувшемуся первыми лучами небосводу. — Пока.