— Можешь зайти в наши храмы? Сегодня времени абсолютно нет.

— Не вопрос. Прям сейчас и пойду! И если что не так, я разберусь, со всем разберусь! — Габри принял решительный вид.

— И еще одно… Можешь мне спроектировать куст вроде орешника для белок?

— Вау, и ты его поставишь в свой уголок? — безмерно удивился Габри.

— Поставлю…

— Вот это да! Надо записать где-нибудь, что ты согласился принять мои изобретения! — изумленно сжал губы архангел вдохновения. — Ладно, я полетел! — он коснулся плеча брата.

— Пока, Габри, — кивнул Михаил.

— Искусство побеждает, — одобрительно промолвил Габри и, помедлив, резко развернулся, хлопая ногой по шампиньону. — Огонь!

Раздался громкий взрыв, в небо откуда ни возьмись вспарили пузыри.

— Ха, ты бы видел свое лицо! — Габри рассмеялся и благополучно исчез.

— Столько тысяч лет, а все как дитя малое, — пробормотал Михаил, глядя на сложившуюся пузырчатую надпись: «Михаил, помни о вечном». Его взгляд переместился на Андрея, который, широко раскрыв глаза, наблюдал за мыльной феерией. — Прости, что заставил ждать.

— Да я не тороплюсь… — стушевался Андрей.

— Правильно, поспешишь — людей насмешишь, — сказал Михаил. Его темные зрачки пристально смотрели на Андрея. — Так ты что-то хотел сказать?

— Я? Да, хотел… — смутился своему промедлению Андрей. — Я… Впрочем, ты, наверное, знаешь…

— Ты расскажи, буду знать: знаю или нет, — улыбнулся архангел.

— Ладно, — Андрей тихонько вздохнул и, решившись, начал свой рассказ.

Он изложил события прошлой субботы, затем поведал о том, что случилось неделю назад в Новодевичьем парке. Внимательно выслушав, архангел не проронил ни слова.

— Это все, — закончил ангел, с надеждой ожидая ответа.

— Понятно, — вдумчиво произнес Михаил. Андрей увидел, что его глаза потемнели, сделавшись почти черными.

— И что? Я подлежу наказанию?.. — вымолвил ангел.