— Тут утонуть можно, а не только намокнуть, — проговорила она, наблюдая стену бурлящей воды.

— Давай провожу.

Только сейчас Мара заметила в его руках элегантный зонт. Денис сегодня сменил черные джинсы на серые, и ему это шло еще больше. Ему все шло. Не портила его даже типично мужская походка коленками наружу, которую так не любила Марина…

— Давай, — согласилась она.

Они вышли на улицу. Рука Мары без нужды поправила штангу в ухе. Денис открыл огромный, будто для роты солдат, зонт. Марина укрылась от дождя.

— Держись, — предложил он руку.

Марина взяла его за локоть. До двора дошли молча, и она не помнила, о чем думала в эти животрепещущие для нее секунды.

— Я там живу, — одернула его Мара.

— Ах да, запамятовал, — улыбнулся Денис, сворачивая с дороги, ведущей к его дому.

— Этот подъезд, — указала Марина. — Спасибо…

Он остановился в метре от двери. Ливень ослаб, метая уже более редкие, но полноводные капли.

— Слушай, а может быть, я твой телефон запишу? Чтобы, если что, всегда мог дозвониться? — попросил он.

Взгляд Марины не выдал ничего. А ведь когда-то она этого так хотела.

— Ладно, — согласилась девушка.

Денис достал черную раскладушку. Марина продиктовала номер.

— Ма-ри-на, — забил ее имя Дэн. — Хорошо… Пусть будет.

Он взглянул на нее, ни слова не говоря. Их глаза встретились. А Марина еще не верила, что бывают глаза черными. Они были у него черными-черными и перед ними отдыхали даже голубые. Сколько за мгновение перевернул в ней его взгляд, с появившейся в этот день мягкостью, теплый бархат, такой… нормальный.

— Чего?.. — вопросила она, едва сдерживая удивленную ухмылку губ.

— Нет, ничего, — он покачал головой, опуская подбородок. — Пока, увидимся.

Его прощальный взор был для нее. Марина повернулась спиной и, чувствуя, как до самой двери он держит над ней зонт, исчезла в подъезде.