В одном из ее местечек, еще не тронутых человеком, и появился архангел со своей помощницей.

— Как тут здорово! — ахнула Агнесс, оглядываясь по сторонам. В ушах установилась непривычная для сегодняшнего дня умиротворяющая тишина. Вокруг высились дикие деревья, цвело множество цветов. Высокими трелями щебетали птицы. Совсем рядом угадывалось живописное озеро. И никого в окрестностях.

— Люблю я это место, — сказал Михаил. — Мне его Рад показал. Здесь его легионеры обычно отдыхают. Вернее не здесь, а чуть подальше, на другом берегу озера. Так что тут нам никто не помешает.

— Да, здесь такое спокойствие, — улыбнулась Агнесс. — Впрочем, в раю скоро тоже будет тихо. До того, как Габри начнет постановку шоу барабанщиков на следующей неделе…

— Что начнет?.. — переспросил Михаил.

— Шоу барабанщиков. А ты не знал? — взглянула она в его глаза.

— Нет. Он мне ничего не говорил…

— Конечно, вряд ли бы тебя обрадовала сотня барабанов из всех стран мира, — Агнесс после паузы рассмеялась. — Не пугайся, я просто шучу.

— Агни, разве так можно?! — воскликнул Михаил. — У меня скоро припадок будет!..

— Прости, — извинилась она. — Почему-то в голову пришло.

Агнесс и Михаил устроились у корней большого рельефного дерева, обвитого лианами, где наконец-то спокойно смогли изучить генеральские отчеты. Архангел прислонился к стволу, а его помощница облокотилась на его ключицу. Рядом на траве лежали перекрещенные ангельские мечи.

Агнесс водрузила ладони на согнутые колени, до половины прикрытые воздушной розовой юбкой, ее бирюзовые глаза были устремлены на бумаги, которые на весу держал архангел.

— Что скажешь?.. — спросил у нее Михаил, дочитав последние строки.

— А что тут можно сказать? Вроде, все вполне приемлемо. С поправкой на то, что мы служим на Земле… — пожала плечами Агни.

— Земля — это всегда Земля, — выдохнул Михаил.

— Есть у меня ощущение, что что-то неладное творится с участком Радослава, — высказала предположение Агнесс. — И эта последняя засада с демонами первой адской… Я понимаю, что засад в нашей работе много, но эта мне смутно кажется какой-то особенной… Хотя и очень смутно.

— Лишенный женской интуиции, не могу ничего тебе ответить, — сказал Михаил. — Будем наблюдать лучше.

— Будем, — кивнула Агнесс, поджав губу.

— Тогда закончили с этим, — Михаил откинул бумажки в сторону, и те сразу испарились. — Небо, как же тут хорошо, — он потянулся.

— Надо выдать премию Габри за то, что спровадил нас из сада, — проговорила Агнесс.