Злые языки говорили, что Алан тратит на свою фигуру половину всех своих сил. Но те же обладатели злых языков на самом деле прекрасно знали, что второй генерал таким родился.

Алан был немного пониже своих товарищей и обладал крепко выкованным телом. Это не были классические пропорции Князя, созданные вечными канонами красоты. Однако ж, Алан, казалось, самим Богом создан и отточен адом для того, чтобы носить обтягивающие джинсы. Вкупе с бриллиантом блистающими черными волосами и нереально синими глазами второй генерал сиял вечно ледяной звездой адского небосклона. Он был из тех, что появились на свет и жили под фартом капризной судьбы: еще в раю Самуил взял синеглазого ребенка в свою свиту за потрясающую красоту, и все эти годы Алан оставался Красавчиком, для которого не существовало «нельзя» и «нет», а был только он сам. Генерал адской армии гордыни.

Уши Алана уловили далекие голоса. Похоже, его кто-то окликнул. Он не оглянулся и не сбавил шагу, продолжая свой путь.

— Алан!.. Подожди!.. — голоса усилились. По коридору улицы эхом раздались торопливые шпильки.

Через полминуты Алана нагнали две девушки, те самые которые сидели с ним за игральным столом.

— Чего вам?.. — второй генерал все же остановился, оглядывая их непроницаемым взглядом.

Перед ним стояли две представительницы третьей касты, запыхавшиеся и пытающиеся скрыть участившееся дыхание. Обе почти одинакового среднего роста. Одна была темно-русая, а другая почти черная колорированная бордовым брюнетка. Довольно симпатичные и даже миловидные, но не более того. Звезд с неба явно не хватают, к лучшим представительницам и претенденткам на повышение тоже не относятся. Богатых любовников, видимо, не имеют, скорее всего, перебиваясь случайными, но бурными романами.

Алан без интереса окинул взглядом короткие платья и пикантный макияж. Обычно на то, чтобы оценить качество женщины, у него уходило всего несколько секунд. На этих же стоимость значилась зримо, как на этикетке.

— Возьми нас с собой, — произнесла одна, поправляя волосы. И в этом жесте улавливались ее переживания.

— Пойдемте, — ответил Алан сухо. Более не глядя на лица, он обнял девушек за талии и направился в свои покои.

Время щедро перевалило за полночь, когда из комнаты вывалилась ржущая компания. Во главе ее шел задыхающийся от прелестей жизни Ираклий, рядом резво шагал Булат и глумился словами Дементий. Кривящийся улыбкой Казимир шагал чуть позади вместе с суровым Варфоломеем. У последнего на лице не было даже подобия оживления, лишь никогда непонятный звериный оскал.