В это время события перемещались по главной площади, как письмо счастья по девичьим рукам. Окольцованная толпой восставших, Дана продиралась к самой середине. К процессии присоединялось все больше народа, уже не только демонов отряда аффекта, но и изведенных начальством представителей других направлений. Гурьба мужчин перемежалась с наиболее смелыми женщинами, по бокам шествие окаймляли уловившие запах пороха зеваки и сочувствующие. В воздухе потянуло паленым.

Предчувствуя массовость исхода, в назревающую потасовку стали вмешиваться элитники. Начальник Даны попытался преследовать зачинщицу, но был оттеснен закрывшими ее мужскими спинами.

— Только тронь ее, — пригрозил кто-то. В один миг ушла и злоба, и неприязнь, объединявшая отряд. Дана ощутила за плечами помощь и уже не могла остановиться под кажущейся защитой, в подъеме эмоций не осознавая, что уже собственноручно подписала приговор себе и своим коллегам.

Сергей начхал сдерживать натиск. Под вылетевшую ругань от него оттеснили девушку, а самого его вжали в чью-то могучую спину. Освободившись от вонючей рубашки, Сергей взъерепенился и продрался на относительно хорошее место, откуда мог частично видеть происходящее в эпицентре.

Бунтовщики добрались до середины площади и выкрикивали лозунги, утопающие в гуле толпы. Сергей видел, что к ним все больше присоединяются простые искусители, а элитники потеряли надежду утихомирить своих подчиненных. Вершиной буйства стала драка, в результате которой один из демонов Булата в рукопашную завладел армейским мечом. Толпа взорвалась в криках, так что ничего уже нельзя было расслышать.

Однако это услышали все.

— Князь, Князь! — веером пронеслось по площади. Но собравшиеся лишь на мгновение утихли, вскипая еще более оживленным говором. Сергей ощущал, как воздух дрожит от биения сердец. Его собственное подреберье готово было порвать рубашку.

На камни ступил блистающий доспехами Денница в окружении троих ближайших генералов. По бокам, унимая амбиции толпы, шли, расчищая дорогу, элитники Алана и Булата.

Зачинщики вакханалии замолкли и застыли, не двигаясь с места. Кто-то из наиболее слабых духом успел втереться обратно в массы.

Князь остановился на почтенном расстоянии. Его глаза безо всяких эмоций пронзительно оглядели демонов. За спиной, готовые к бою, выстроились верные охранники. Было ясно, что они убьют любого, кто подойдет к Самуилу. И если Алан сам не воткнет меж лопаток Князя оголенный меч, то точно отстоит его от всех врагов. Но и сам Владыка преисподней, резко вычленявшийся среди своих демонов и ростом, и силой, и внутренней мощью, мог искромсать любого, посягнувшего на его могущество.