— Уж не ты ли ее попортил? — шутливо поинтересовался Князь.

— Нет, не я. Сверхурочная работа, видимо, — Алан поднял на Самуила безразлично синий взгляд. Рука уверенно налила водки.

— Погоди, она так и сказала: не могу прийти, мне плохо? — переспросил Князь.

— Так и сказала.

— И при этом не добавила, что это именно от меня и моих совещаний?..

— Не припомню такого.

— Что-то мне не верится, что Диана использует подобную лексику, — засомневался Князь. Его рука оторвалась от стола, он щелкнул пальцами.

Генералы увидели, как на крайнем зеркале, где проносились фрагменты адской площади, неожиданно зажглись свечи кабинета Княгини преисподней. Алан и Диана сидели за столом друг напротив друга. Второй генерал встал со стула.

«Чуть не забыл, — донесся до всех голос Алана. — Князь просил тебя завтра в половине шестого быть на совещании».

«Просил? — Диана обострила подведенные глаза. — А больше этот блудливый скот ничего не просил?..»

Лицо Самуила скривилось в усмешке, прищурив глаза, он смотрел на супругу.

«Передай этому облезлому барану, что я плевать хотела на его завонялые просьбы. У меня работы до черта, и мне некогда нянчиться с уродскими посиделками! Пускай он один совещается со своими убогими животными!.. Косым козлом, безмозглой лопатой, трясущимся головастиком, анафродизиальным поленом и кривоногой лыбящейся музой!.. — пять пальцев Дианы демонстративно загнулись один за другим. — Скажи, что я желаю ему, чтобы после совещания они все от… его до смерти, и он бы сдох наконец и перестал мозолить мне глаза!..»

«Что-нибудь еще, прекрасная?..»

На экране застыл крупный план Алана. В конференц-зале образовалась немая сцена. Округленные глаза вперились в зеркало. Лицо Ираклия стало таким, что можно было отбивать об него воблу.

— Это у меня кривые ноги?.. — еле-еле шепнул он.

— Ха-ха-ха! Узнаю Дианочку! — Самуил расхохотался в голос. — Что ж ты, Аланчик, не довел ее слова до моего сведения? Она же так просила! Стыдно, дорогой, не выполнять, когда просит женщина, особенно красивая! — светясь от смеха, Князь порывисто потянулся за ликером и набухал себе полный бокал. Его глаза весело устремились на Алана.

Взгляды присутствующих последовали за Князем. Алан сидел, молча изучая стакан. Его лицо не изменилось, лишь немного усилилась белизна щек. Ситуация сложилась аховая. Все ждали его объяснений. Стало кристально ясно, что он откровенно прикрывал Княгиню, причем по собственном инициативе. Вдобавок для непосвященных в тайны плана оставалось непонятным, что он делал в покоях Дианы. Тысяча новых слухов к ночи была обеспечена. Но не это волновало Алана больше всего.