— Да ты сама меня оставила одного!.. — воскликнул Андрей. — Я даже пальцем к ней не прикоснулся, мне что, и приближаться теперь ни к кому не надо было, пока вы там базарите на кухне?!

— Отныне делай что хочешь!.. Мне наплевать!..

— Да?! А мне нет! Ты целый вечер не выпускаешь бутылки из рук, а потом врываешься и бьешь девчонку в глаз! Очень здорово!..

— Что-что ты сказал?.. Знаешь что? Пошел ты своими наставлениями!..

— Я-то пойду, а вот ты как будешь это расхлебывать?! — Андрей ощутил, как сердце его опустилось, но резкий тон не изменился. Перед ним как откровение вскрылось то, чего он раньше не мог в ней видеть.

— А не твоего ума дела!.. Если ты ее так защищаешь, то вали к ней и не возвращайся!..

— Не нужна мне она, я тебе еще раз говорю!.. Мне нужна ты!..

— А ты мне больше нет! Ищи тех, кто будет терпеть такие выходки!..

— Наташа…

Его голос дрогнул, что-то мелькнуло в глазах.

— Отвали, я сказала! — Наташа отмахнулась от его рук.

Повернувшись спиной, она пошла из двора неверной походкой.

— Твою…, — Андрей сжал кулак и медленно опустил его, разжимая пальцы. Он был взбудоражен и еще до конца не осознал, что это разрыв всего, что было. Впервые за долгое время он выругался матом.

Тут в рыданиях зашлась стоявшая сзади Лика.

— Ты-то что?.. — Андрей оборотился к ней.

— Дурак!.. — она не позволила бы себе этого в другой раз. — Почему ты не извинился перед ней?!

— Разве я был виноват?! — резко развел руками Андрей.

— Все равно!.. Ты не мог… Не мог ее отпустить…

Лику застопорило в таком безутешном и пронзительно беззвучном плаче, что Андрей за нее испугался.

— Тихо, перестань! Ты слышишь?.. — он схватил ее, теребя за плечо.