— Куда?! На стадион, что ли?!

— А куда надо?!

— В монастырь, улитки тебя забери!..

— Ты уверен?! Я могу!.. Монастырь-то женский! — расхохотался генерал.

— В центр рули! — велел Князь.

— Хорошо!

Ираклий резко развернулся и вдавил газ до пола.

— Держись, столица! Мальчики идут развлекаться! — почти по-индейски выкрикнул генерал.

Автомобиль, лавируя между несущимися сквозь вечерний полумрак иномарками, полетел на всех парах на главные улицы Москвы. Собирать дань со страстей…

Глава 25

Ночь одела палантинами столицу России. Земная темнота пришла в рай. Густой, как туман, мрак завладел адскими улицами. Последние блики заката ушли за горизонт. Беззвездный черный небосвод скрыл ангельский мир, объединяя его с грешной Землей и падшей преисподней, перемешивая друзей и врагов. Черные облака обволокли воздух, пряча отблески атмосферы, оставляя первого из архангелов стоять на коленях одного и молиться Богу.

Сложенные руки на груди Михаила, ушедший в себя взгляд; разделенные темнотой, каждый теперь одинок и далек от другого. В забытом уголке ада, в потерянной между камнями комнате, привалившись к стене, на своей кровати — Диана. Ее глаза безмолвствуют в пустоте, бокал вина кровью алеет в руках, покрывало едва скрывает ноги.

Подходила Земля к логическому завершению. Ад свернулся как живой белок, остывая мертвым под золотящимися пальцами. Райский сад пришел в запустение, опустился на потерянные степи планеты.

Все было кончено для Дианы. Последней надеждой в минутах прошлого оставался Михаил. Тщедушной, правда, надеждой. Но Княгиня до последнего верила, что чары Агнесс победят его. Но нет, оказалось, что даже безумно любимая не может переломить истлевшие под адскими планами принципы… Что и требовалось доказать.

Демоны шли к победе, падая, окровавленные черной кровью, отдавая в никуда мгновения своего дыхания. Ушедшие в небытие души, которые, умершие, выстилали преисподнюю. Совокупляясь грехом, тьма единым целым, потухшим и бурлящим мраком соединялась руками Самуила вокруг Земли. Это снова была победа его одного.

Княгиню не мучила потерянная душа. Исчезнувшая в артериях мужа судьба. Она давно отдала свою жизнь ему.

Только досада еще жила в жилах: даже ее отчаянный бросок остался без всякого ответа. Конечно, она была не настолько наивна, чтобы полагать, что первый архангел кинется на нее, как пацан. Но чтобы не выказать вообще никаких эмоций, не побледнев, не вздрогнув, когда на него обрушивают все страсти мира… это было уже слишком. Похоже, эта скала в потерявшем движение мире осталась стоять одинокая, мертвая, но нетронутая. Уж кто его мог тронуть, если не смогла этого сделать сама Диана?.. Каково же с ним приходилось Агнесс… Княгиня готова была заложить обручальное кольцо, что он обращался с ней, как драят рядовых легионеров.