Властелином греха по преисподней словно передвигался неслышно хищник, ступая лапами по заживо мертвым камням. Его раскалено-золотые глаза горели во тьме, и песочная шкура играла черными овалами пятен.

Как исполинским ягуаром шел по аду хозяин зла. Извивающееся тело блестящей лентой проскальзывало сквозь любые ходы и щели, без страха шагая по узким переходам над самой бездной.

Диана слышала его дыхание, внимая каждому звуку, рождавшемуся из ненасытной утробы.

Зверь поднимался по ступенькам, всходя на балкон над главной адской площадью. Он приблизился к самому краю и задел широкой лапой перила. Неистовый рык, от которого невозможно было укрыться, потряс преисподнюю.

В темноте Диана узрела, как рядом мелькнули кинжалы выточенных белизной клыков. Видением они приблизились к ее шее, желая попробовать ее плоти. Глаза Дианы закрылись, и она медленно и не дыша сползла на темные простыни.

Марина зашла к себе в комнату и закрыла дверь. Ей больше не надо было пить, она и так чувствовала себя неадекватно пьяной. Мозг перебирал одну за другой страшные сцены давно забытой ночи, сердце, заходясь отчаянием, рвалось в укрытие. Дикое чувство потери, ошибки, вины сцеплялось в солнечном сплетении.

Во тьме, не включая люстру, Марина опустилась вниз и привалилась к шкафу, закрывая руками лицо. Через задернутые занавески не проникало даже рассеянного желтого света уличных фонарей. Становилось страшно. Было жутко во мгле вокруг, которая переползала во мглу тела. Не спрятаться от своих ощущений, не включить свет. Мара не могла видеть, как вокруг нее, словно на шабаш, собираются трое демонов, намеревающихся поужинать остатками истерзанной души и ошметками бьющегося сердца. Она откинула голову, утыкаясь затылком в гладкую полировку лака. Внутри был ад.

Преисподняя томилась последними, самыми долгими часами ожидания.

Все приготовления к битве были давно окончены. Время слонялось по стенам, отсчитывая медленные минуты.

Генералы затихли в своих пещерах, настраиваясь на предстоящее и не желая видеть лица друг друга. Сегодня им вновь предстояло превращение из приятелей по бутылкам в соперников перед лицом всемогущего Князя. Варфоломей, тот и вовсе пропал, пообещав своим воинам прийти за два часа до выхода на бранное поле. Поговаривали, что он набирается сил у стальной Жанны. Но у последней были совсем иные планы…

Казимир в гордом одиночестве просматривал материалы штаба, надеясь, что это ему чем-то поможет. Перед битвой с небесным легионом ему всегда было немного не по себе для других, и слишком уж не по себе для себя самого. Младший генерал нервно потрошил усы, предаваясь самым тяжким размышлениям, временами переходившим в радужные надежды или короткий бессвязный полудрем.