"Полностью из камня. Сотни лет назад? Разве не так сказал Гораций?"

Каждый тонко огранённый камень, из которого состояла каждая стена, был больше шлакоблока; Хейзел не могла представить, сколько они весят по отдельности. Она также не могла себе представить, как люди так давно доставили блоки сюда.

- Соня! - заорала она во всё горло, стуча в одно из узких окон.

Она неоднократно звонила на мобильный, но Соня не брала трубку. Она также позвонила Фрэнку, чтобы высказать ему за всё хорошее, что было им сделано.

"Ублюдок. Что бы он ни задумал, мы сейчас докопаемся до сути".

Она осмотрела тесный дом и наконец нашла открытое окно. Её гибкое тело позволяло легко проскользнуть внутрь, и как только она это сделала...

Всё, что она могла, это стоять и смотреть.

Её шокированный взгляд привлёк не пустующий интерьер дома и не старинная дверь, завешенная листом пожелтевшей бумаги. Это были даже не два неряшливых предмета в углу, которые казались выколотыми глазами.

Это была Соня.

Она лежала голая, испачканная и очень неподвижная. Хейзел пришло в голову, что она вполне может быть мертва, но вместо того, чтобы немедленно броситься к ней, она остановилась...

"Она... Нет, этого не может быть..."

Либо воображение, либо ракурс, но на мгновение Хейзел подумала, что беременный живот Сони немного больше, чем должен быть.

Но это было невозможно.

Хейзел тут же опустилась на колени перед подругой. Она похлопала Соню по лицу, моля:

- Пожалуйста, не умирай!

И почувствовала сокрушительное облегчение, когда глаза Сони затрепетали. Её взгляд выглядел косым, полубезумным; её рот превратился в крошечную букву "О", когда она смотрела вверх.

- Хейзел, - пробормотала она.

- Не волнуйся, я здесь...

Соня начала вздрагивать на том месте, где лежала.

- Они... они забрали моего ребёнка!