– Что удивительного? – спросил Ману, аккуратно доставая ключ из сухих пальцев мертвеца.

– Мне кажется, что перед нами Оллин Кимбол, отец Саманты.

– Не имеет значения кто это, нужно понять, от чего этот ключ.

– Мне казалось, он должен был быть похоронен в другом месте, на том холме, в окружении нарциссов, – продолжил говорить Август, погруженный в свои мысли, он не слышал, что ему говорил Ману, – тот камень, я принял его за могильное надгробие. И те стихи…

Ману не стал дожидаться конца его размышлений и приступил к изучению гроба. Ничего другого найти не удалось.

– Доктор, посмотри, – Ману позвал его, стоя у одной из стен. – Все стены в этом месте выглядят одинаково, кроме одного места. Здесь другая каменная кладка.

– Что, простите? – Август вернулся из своих мыслей, пытаясь понять, что делать дальше. И ему казалось, что у него есть идея.

– Я сказал, что наши поиски не закончены, мы нашли очередной ключ, теперь стоит понять, для чего этот ключ.

– Мне кажется, я знаю, где пригодится этот ключ.

Август коротко рассказал Ману о холме с цветами. О камне, который там стоит. Если он не служит для захоронения, то, вероятно, он служит указателем. Август опустил подробности своего нахождения там и особенно видений.

– Насколько ты уверен в том, что там что-то есть?

– Я не хочу делать прогнозы, но тот камень возвел именно мистер Кимбол, там были его инициалы.

– Хорошо, в первый раз твои мозги нас не подвели, веди меня к нему.

Дорога на цветочный холм вышла быстрой. Подгоняемый адреналином и скорой разгадкой, Август, несмотря на боль в ногах, ни на шаг не отставал от Ману.

С каждым часом Ману все больше сомневался в своих действиях. Что если Голос хотел только, чтобы Ману узнал его историю и имя. Что если он больше не заговорит никогда. Что делать ему теперь, когда он сам отвечает за свой путь. Все эти вопросы появлялись в голове и вызывали страх. Страх в том, что все, что он делал, не имело смысла. Сперва он хотел лишь выжить, и Голос ему помогал в этом, но теперь ему придется выживать самому.

На цветочном холме Август пошел первым. Свечения не было, как не было и голосов. Был лишь запах. Запах увядших сгнивших цветов. Тухлый и приторный.

– Эти цветы пахнут смертью, – заметил Ману.

Август молча кивнул. По крайней мере, он еще не до конца сошел с ума, дурной запах ему не чудился.

– Вот тот камень, – сказал Август, когда вдали показалась темная фигура на поляне цветов. Магического свечения уже не было.

Ничего с прошлого раза не изменилось. Камень хранил ту же надпись и те же инициалы.