Потому что это сон, – ответил Виктор себе и, внезапно разозлившись, поднял взгляд, при этом уже догадываясь – кого он увидит в воротах.
Он прекрасно знал этого человека и очень сильно его не любил, подчас ненавидел. Человека, лишившего его столь многого.
Что появилось в его глазах, когда Виктор поставил мяч обратно и ковырнул газон бутсой. Раскаяние? Сожаление? Страх? Нет. Равнодушное тугое молчание.
Он сделал несколько шагов назад. Противник стоял как вкопанный, молчаливая, стальная статуя вратаря. Каменный гость, зашедший в рамку и оставшийся в ней.
Куда он прыгнет? Налево? Направо? Или останется стоять? А куда ударит Виктор?
Трибуны заревели ещё громче, и Виктор понял – времени решать уже не было. Он будет бить влево. Почему влево? Потому что обычно он бьёт… а куда он бьёт обычно?
Не важно!
Разбег, с каждым шагом ноги всё больше сбрасывали сонную одурь, двигались всё быстрее и чётче.
Отметка. Левая нога останавливается сбоку от меча, а правая, разогнанная, рвущаяся вперёд, наносит удар щекой.
Мяч выстреливает и в этот же момент выстреливают ноги противника. Но только он прыгает направо, а мяч несётся в левый угол ворот.
Гол!
Но почему удар мяча о сетку звучит гулко и звонко, как колокол?
Почему противник не выглядит расстроенным, а сонно смотрит на него, моргая невидящими глазами?
Почему молчат трибуны? И почему они пусты?
И почему он чувствует, что видит этот сон уже в тысячный раз…