— Да.

Она закрыла глаза, потом с трудом снова открыла.

— Ты звонил насчет объявления?

— Да.

Она закрыла глаза и заснула.

Позже Розмари вспомнила еще очень многое. Лаура Луиза сидела у ее кровати и с лупой читала журнал.

— Где он? — спросила Розмари.

Лаура Луиза вздрогнула и вскочила.

— Боже мой, дорогая, — произнесла она, и лупа повисла у нее на груди на красной плетеной ленточке. — Как ты меня напугала! Ты так неожиданно проснулась!

Розмари закрыла глаза и глубоко задышала.

— Ребенок… где он? — настойчиво повторила она.

— Подожди-ка минуточку, — заспешила Лаура Луиза и повернулась, держа палец в журнале. — Я позову Ги и доктора Эйба. Они на кухне.

— Где ребенок? — снова спросила Розмари, но Лаура Луиза уже ушла, так ничего и не ответив.

Она попыталась приподняться, но снова упала на кровать, руки не слушались. Сильная боль пульсировала между ног, словно колола сотня острых ножей. Розмари лежала и вспоминала все по порядку.

Был вечер. Часы на стене показывали пять минут десятого.

Вошли Ги и доктор Сапирштейн. Оба были какие-то решительные и мрачные.

— Где ребенок? — повторила она свой вопрос.

Ги подошел к кровати, наклонился и взял ее за руку.

— Милая, — начал он.

— Где он?