— Если бы я не любил тебя, знаешь, где ты была бы сегодня? — Он не хотел говорить это ей, но иначе не мог. — В Госпитале штата для душевнобольных преступников. Вот где ты была бы.

Он выключил свет, не зная, услышала ли она эти слова, и если да, дошел ли до нее смысл сказанного.

Теперь ясно, что она все поняла. Потому что, когда он уже закрывал за собой дверь, раздался ее голос. Он был обманчиво мягким в наступившей темноте, но почему-то слова резанули Нормана, резанули по самому сердцу, словно острое лезвие, что тогда резануло по горлу мистера Арбогаста.

— Да, Норман, очевидно, ты прав. Наверное, там я и буду. Но я буду там не одна.

Норман захлопнул дверь, запер ее и отвернулся. Он не мог сказать точно, но, кажется, торопясь вверх по ступенькам, все еще слышал, как Мама тихонько хихикает в темноте подвала.

11

11

Сэм и Лила сидели в задней комнатке магазина и ждали, когда появится Арбогаст. Но с улицы долетал лишь обычный шум субботнего вечера.

— В городке вроде этого сразу можно определить, что сегодня субботний вечер, — заметил Сэм. — По звукам, доносящимся с улицы. Взять, к примеру, шум машин. Сегодня их больше, и двигаются они быстрее, чем обычно. Потому что в субботний вечер за руль садятся подростки.

А все это дребезжание, скрип тормозов? Останавливаются десятки машин. Фермеры всей округи с семьями в своих древних развалюхах приезжают в город повеселиться. Работники наперегонки спешат занять место в ближайшем баре.

Слышишь, как шагают люди? И это звучит сегодня как-то особенно, по-субботнему. А топот бегущих ног? Дети резвятся на /лице. В субботу вечером можно играть допоздна. Не надо думать о домашних заданиях. — Он пожал плечами. — Конечно, в Форт Ворсе гораздо больше шума в любой вечер недели.

— Да, наверное, — сказала Лила. — Сэм, где же он? Сейчас уже почти девять.

— Ты, должно быть, проголодалась.

— Да нет, при чем тут это. Почему его все нет и нет?

— Может быть, задержался, нашел что-нибудь важное.

— По крайней мере мог бы позвонить. Ведь знает же, как мы здесь волнуемся.

— Ну подожди еще немного…

— Я больше не могу! — Лила встала, оттолкнув стул. Она принялась ходить взад и вперед по узкому пространству маленькой комнатки. — Мне с самого начала не надо было соглашаться. Надо было пойти прямо в полицию. Целую неделю только и слышно — подожди, подожди, подожди! Сначала этот мистер Ловери, потом Арбогаст, а теперь еще ты. Потому что вы думаете о деньгах, а не о моей сестре. Никого не волнует ее судьба, никого, кроме меня!

— Неправда, ты же знаешь мои к ней чувства.