Доремус нахмурился еще сильнее.

— Я считаю, нам надо разбежаться, но как только появятся сведения о Крэге, соберемся опять все вместе. Я поеду на мотороллере в городок. Как раз сегодня вечером Элен и Пэгги хотели пойти со мной в кино, но меня срочно «вызвали» телеграммой, поэтому я надеюсь найти их в кинотеатре. Боюсь, что сейчас самое время открыть Элен глаза на любимого племянничка.

Сеанс уже закончился — в кинотеатре было темно. Фильм оказался коротким, и уже после десяти вечера все разбрелись по домам. На улицах было пустынно. На всей центральной аллее работали только две пивнушки, находящиеся в противоположных концах.

Возле автозаправочной станции за два квартала до здания суда стояла телефонная будка, и Доремус, не раздумывая, снова уселся на мотороллер и помчался туда. Часы показывали без десяти одиннадцать. С того момента, как Крэг погрузил Эми в багажник, минуло уже полчаса. В мозгу Доремуса проносились страшные видения: безумный Крэг колесит по дорогам округа и ждет, когда же, наконец, Эми сделает свой последний вдох и погибнет от удушья в его машине. Доремус только сейчас осознал, что его с ног до головы бьет мелкая дрожь. Разламывались все суставы. Следователь стиснул зубы и, остановив мотороллер у освещенной телефонной будки, набрал номер Элен Коннелли.

Раздалось гудков десять, и следователь покрылся холодным потом.

После восемнадцатого гудка послышался, наконец, сонный голосок Пэгги:

— Да? — И девочка сладко зевнула прямо в трубку.

— Пэгги, это звонит Доремус.

— Пра-авда? — протянула она с сомнением в голосе.

— Да. Я снова вернулся в Шейде. Позови мне, пожалуйста, маму.

— Хорошо, — отозвалась Пэгги, и Доремус услышал легкий стук — трубку уронили на столик. — Ма-а-ама! Тебя к телефону просит Доремус!

Следователь привалился к стенке будки, глаза его начинали слезиться от напряжения. Он порылся в карманах рубашки и, вытащив темные очки, нацепил их на нос. Прошло минуты две. Но голоса Пэгги так до сих пор и не было слышно. Липкое и тревожное ощущение опасности сжало виски и поползло вниз по позвоночнику, постепенно овладевая каждым нервом.

— Пэгги! — закричал Доремус в трубку. — Пэгги! Ты меня слышишь?

Замерев в страшном напряжении, он прождал еще с полминуты. И тут на другом конце провода зазвенел знакомый детский голосок. Доремус судорожно перевел дыхание.

— По-моему, ее нет дома, — удивленно возвестила Пэгги.

— Ступай к двери, — скомандовал Доремус, всеми силами пытаясь не выдать своего волнения, — выгляни на улицу и посмотри, стоит ли у дома мамин фургончик.