— Ты рыдаешь, — сказал Теодор Феликссон. — Я буду бороться.

— Да. Пожалуйста. Избавь нас от слез, Арнольд, — сказала Лили. Она единственная из пяти заклинателей сидела, по одной простой причине — у нее не было левой ноги. — Мы все хотели бы изменить…

— Лили, дорогая, — сказал Раговски, — я не могу не заметить, что ты не совсем такая, какой была. Что случилось с твоей ногой?

— Вообще-то, — сказала она, — мне повезло. Он почти добрался до меня, Джозеф.

— Он?.. Хочешь сказать, его не остановили?

— Мы вымирающая порода, Джозеф, — сказал Полташ. — Подлинно вымирающий вид.

— Сколько еще осталось от Круга? — cпросил Джозеф с внезапной обеспокоенностью в голосе.

Весела полная тишина, пока пятеро обменивались нерешительными взглядами. В конце концов заговорила Коттлав.

— Мы — все, что осталось, — произнесла она, вперив взгляд в одну из алебастровых чаш и на ее содержимое, запятнанное кровью.

— Вы? Пятеро? Нет. — Весь сарказм и наигранность пропали из голоса и манер Раговски. Даже яркие краски бальзамировщика не смогли скрыть ужас на лице Раговски. — Как давно я умер?

— Три года, — ответила Котлав.

— Ты должно быть шутишь. Как это возможно? — спросил Раговски. — Только Верховный Круг состоял из двухсот семидесяти одного!

— Да, — сказал Хеядат. — И это только те, кто предпочел причислять себя к нам. Неизвестно, скольких он достал за пределами Кругов. Сотни? Тысячи?

— И не говоря уже о том, чем они обладали, — сказала Лили Саффро. — У нас был достаточно подробный список…

— Но даже он был неполным, — перебил Полташ. — У нас у всех есть тайные достояния. Я знаю точно.

— А… более чем верно, — сказал Феликссон.

— Пять… — произнес Раговски, покачивая головой. — Почему вы не устроили мозговой штурм и не придумали, как его остановить?

— Именно по этому мы пошли на все эти хлопоты, чтобы вернуть тебя, — сказал Хеядат, — Поверь мне, никто из нас не был рад этому. Думаешь, мы не пытались поймать ублюдка? Мы пытались, черт побери. Но демон чертовски умен…