Возница бегал взад-вперед, хватался за голову и за бока, охлопывал ладонями повозку, но колесо от этого не чинилось.

Вот тогда и появился тот человек, поначалу казавшийся невысоким и сгорбленным, словно плащ с капюшоном из грубой холстины прикрывал нечто бесформенное, прыгающее на согнутых ногах. Он как будто вырос из сугроба и покатился к сломанной повозке, все ближе и ближе, и по мере того как он катился, змейки собирались вокруг него, обвивали его ноги, ползли вверх по рукам, к горлу. Наконец он выпрямился – и оказался высоким и тощим. Лицо его, если бы он не корчил рожи, могло показаться молодым и миловидным, однако безобразные гримасы, непрерывно сменявшие одна другую, не позволяли чертам застыть, и, таким образом, рассмотреть его как следует было невозможно.

При виде сломанной повозки он заверещал и замахал руками. Плащ, как крылья птицы, раскинулся и поднял ветер.

– Фу ты, ну что ты делаешь, братец! – поморщился Иоганн де Кассемброт. – И без тебя тут холодно.

– Братцем называешь, а вином не угощаешь! – дерзко отвечал незнакомец. – Как такое понимать прикажешь?

– Да как хочешь; можешь вообще не понимать, – проворчал Иоганн де Кассемброт. Он был в дурном настроении, что и неудивительно.

– Ух, какой злюка… – незнакомец принялся кашлять на все лады, поворачиваясь вокруг своей оси: кашлянет на север, подпрыгнет – развернется, кашлянет на запад, подпрыгнет – развернется, а там и на юг кашлянет, и восток не обидит, и так он весь мир обкашлял; видать, тогда и Сарториусу досталось; Иоганн де Кассемброт отбился от этого кашля своей выпивкой.

– Куда вы путь держите? – продолжал незнакомец, сплевывая на снег розовым.

– Тебе-то какое дело?

– Если ответите, подарю вам колесо.

– Откуда ты возьмешь колесо?

– Оттуда же, откуда все беру: из себя.

– Ты, что ли, мир создал?

– Может, и не я, но все для починки этого мира у меня при себе имеется.

Иоганн де Кассемброт рассмеялся: находчивость бродяги-философа пришлась ему по душе.

– Что ж, нужно нам в Хертогенбос, но по пути мы собираемся заехать еще во много других мест.

– А что вам понадобилось в Хертогенбосе?

– Есть у тебя колесо или нет?

– Что ж, – поразмыслив, произнес незнакомый человек, – на главный мой вопрос ты ответил, а все остальное я со временем и так узнаю. Колесо у меня есть, и я его тебе отдам.

С этими словами незнакомец пошарил у себя под плащом и выкатил наружу то, что делало его горбатым: большое колесо, которое как раз подошло для повозки. Возница схватил это колесо и потащил прилаживать, а Иоганн де Кассемброт спросил: