Он сказал Томсону, что Зиновьев угрожал ему, обвинив в интриге, которая повлекла неудачу Ломакина; утверждал, что «никакое правительство не помнит так долго добро и зло, как правительство России». Так Хосейн-хан убедил Томсона, что он одержал большую дипломатическую победу. Вице-король Индии принял его версию и телеграфировал свою «особую признательность».

Хотя отступление Ломакина не было вызвано дипломатией Томсона, его последствия нанесли вред русским. Множество кавалерии племен текке появилось перед российским фортом в Чикишляре. Полковник Н.И. Гродеков, будущий историк завоевания Туркмении, предпринявший отважный поход от Ташкента до Астарабада через Герат, докладывал, что туркмены на хорасанской границе ведут себя нагло, даже захватывают иногда русских солдат в непосредственной близости от нового российского форта в Чете.

Английские успехи в Афганистане произвели сильное впечатление в Персии и Центральной Азии, подняв британский и понизив российский престиж.

Санкт-Петербург был в ужасном настроении. Реформы 60-х гг. не отвечали чаяниям прогрессивных слоев российского общества. Радикалы развязали кампанию террора, которая приведет в марте 1881 г. к убийству царя. Дворянство и армия, два связанных друг с другом столпа царского режима, были ожесточены результатами Берлинского конгресса, на котором Австрия и Англия ограбили Россию, присвоив себе плоды русской победы над турками. Правящий класс призывал царя предпринять новые завоевания в Азии, чтобы компенсировать неудачу в Европе.

Военные видели в Англии основного врага России и полагали, что серьезный удар ей можно нанести только в Индии.

Граф Шувалов, посол царя в Лондоне, имевший среди военных репутацию «друга Англии», был одним из первых, кто призывал к решительному наступлению на Афганистан: «С точки зрения нравственности мы не должны оставаться беспристрастными свидетелями завоевания Афганистана. Мы будем наносить Англии удар за ударом. Если до сих пор мы воздерживались от экспедиции в Мерв, то чтобы избежать разрыва с ней». Шувалов призывал к оккупации Мерва, которая раньше или позже будет необходима. Однако он предложил пойти на этот шаг только в случае оккупации Кабула англичанами.

Иван Алексеевич Зиновьев, посланник России в Тегеране, подчеркивал, что короткие, нерешительные экспедиции вроде тех, что были в 1877-м и 1878 гг., были не только бесполезны, но и вредны. Они не остановили туркменских грабежей, но произвели неблагоприятное впечатление в Персии, где британские агенты интерпретировали их как неудачи. Чтобы сохранить российское влияние в Персии, оккупация Ахала должна стать ответом на британские успехи в Афганистане. Зиновьев получил серьезную поддержку великого князя Михаила Николаевича, наместника на Кавказе и главнокомандующего Кавказской армией.