— Вот смотри, какой добродушный, возили по одному, а тут ешо и с добавком. Придется выпить да ешо и закусить.

А он:

— Врешь, порхатый змей, подавишься.

А он:

— А что ты, молодой юноша, такой, ешо со мной биться поди хочешь?

— А ты думаешь, что так хочешь взять?

— Хм, со мной может только биться Ванюшка золотые кудрецы, так его ешо мамка в портках носит. Но биться так биться, давай.

Он сразу садятся на коня. Змей вышел, сгибает эти головы на всякие манеры. И бросились. Ну, он че же такой могучий. Как мотнул — и три головы как и не было, отвалил все. Когда отвалил, она тут вышла, видит, что победил. Натаскали дров, костер развели и давай. Он, конешно, распотрошил, вытащил сердца, склал в сумку, костер развели, сожгли етого змея и пепел отпустили на ветер.

— Ну, можешь быть свободная.

Она начинает его упрашивать:

— Поедем!

Он:

— Нет, у меня мамаша болеет, так что мне затягиваться нельзя, разъезжать нековды.

Но как она его ни уговаривала: «Хоть бы папка посмотрел», — он не поехал.

Она вышла, пошла в другую сторону пешком, а он сел, поехал домой. Только приехал домой, а она, мать, уже убежала к етому богатырю, под мост, дескать, уехал, там змей трехглавый сильный, он оттуль уже не вернется. Пойдем, собирайся в свое царство. Ну, конешно, пришли они, заняли свое место, вельможи видят всю ету историю. Он поставил охрану — он вон с той стороны должен показаться. Ну, он только на хребет выехал, стража увидала, докладывает ему. Когда доложили, он сматывает удочки опять на свою квартиру, под мост. Он подъехал, она, конешно дело, в постель, в свою комнату, стонет, кряхтит. А тут ему служанки, вельможи докладывают, дескать, это все вот мать ваша.

Он:

— Ну, уж материна воля, чо сделашь.

Она стонет:

— Ну, чо Ваня, привез ли?

— Да, привез, мамка, вот.