– Пойди и поешь дерьма.

– Замолчи! – рявкнул Эзеулу. – Этот человек прошел длинный путь от страны моей матери до моего дома, и я запрещаю кому бы то ни было оскорблять его. Кроме того, это всего лишь посланец. Если нам не понравится то, что ему поручено передать, мы будем в обиде не на него, а на того, кто его послал.

– Вот это верно, – сказал Акуэбуе.

– Вернее не скажешь, – вставил провожатый.

– Ты задал мне вопрос, – продолжал Эзеулу, снова обернувшись к посланцу. – Теперь я отвечу тебе. Я тот самый Эзеулу, о котором ты спрашивал. Ты удовлетворен?

– Благодарю. Все мы тут мужчины, но стоит человеку заговорить, и мужчину сразу отличишь от мальчишки. Мы уже наговорили уйму слов; были среди них слова полезные и бесполезные, слова трезвые и слова нетрезвые. Пора теперь сказать, зачем я явился, ибо без причины жаба не поскачет среди бела дня. Дальний путь из Окпери я прошел не для того, чтобы размять ноги. Ваш собственный соплеменник, который проделал этот путь со мною, рассказал вам, что капутин Уинта-бор-том поручил мне вести многие его дела. Он главный над всеми белыми людьми в этих краях. Я знаю его больше десяти лет и еще не видал такого белого человека, который не трепетал бы перед ним. Посылая меня сюда, он не сказал мне, что в Умуаро у него есть друг. – Он насмешливо улыбнулся. – Но если то, что ты говоришь, правда, мы увидим это завтра, когда я отведу тебя к нему.

– О чем это ты говоришь? – с тревогой в голосе спросил Акуэбуе.

Судебный посыльный продолжал угрожающе улыбаться.

– Да, – сказал он, – твой друг Уинтабота (он нарочно выговорил это имя так, как это делали его невежественные слушатели) приказал тебе явиться к нему завтра утром.

– Куда? – спросил Эдого.

– Куда же еще, как не в его кабинет в Окпери!

– Этот человек сошел с ума! – воскликнул Обика.

– Нет, приятель. Если кто-нибудь и сошел с ума, так это ты. Как бы то ни было, Эзеулу должен тотчас же собираться в путь. По счастью, новая дорога так хороша, что манит прогуляться даже колченогого. Мы вышли сегодня с первыми петухами и оглянуться не успели, как оказались здесь.

– Говорю вам, это сумасшедший. Кто бы…

– Он не сумасшедший, – перебил Эзеулу. – Он посланец и должен в точности передать то, что ему поручено. Дай ему кончить.

– Я кончил, – сказал посланец. – Но я попросил бы того, кому этот юнец принадлежит, научить его вести себя осмотрительно ради его же собственного блага.

– Ты уверен, что передал все, что тебе велено?

– Да. Ведь белый человек – не чета черным. Он не тратит слов попусту.