К а т я. Видишь, уже «попытаюсь». Ничего мне не надо, и любви твоей не надо.

В с е в о л о д. Ну зачем ты так…

К а т я. Хочешь, я расскажу тебе одну историю? Она тебе может пригодиться… Вот жил-был хороший человек, полюбил он молоденькую девушку. Она его не любила, но вышла замуж, потому что ей некуда было деваться, жить было негде. Появился у них ребенок. И вроде бы все хорошо. Но вот повстречала она человека и полюбила его. Стала с ним встречаться, конечно, тайком от мужа. И кончилось тем, что ушла к нему… Поэтому, Сева, женись только на той, которая тебя полюбит.

В с е в о л о д. Тут по заказу не сделаешь. А что это за историю ты рассказала? Вычитала где-нибудь?

К а т я. Да, вычитала, из жизни.

В с е в о л о д. И все же я тебя буду любить.

К а т я. Ты ничего не понял.

В с е в о л о д. Почему не понял? Все понял. Она не любила его и ушла к другому, которого полюбила. И я должен жениться только на такой, которая меня полюбит.

К а т я. В этой банальной истории ты не заметил ребенка, которому очень было тяжело.

Входит размашисто, уверенно  Р а х а т - Л у к у м.

Р а х а т - Л у к у м (говорит с акцентом). О чем разговор, Сева, не о любви ли? Так о ней не говорят. Помнишь, что сказал Сережа Есенин? «О любви не говорят украдкой», и еще — «Ты моя, сказать лишь могут руки…» Ха! (Протягивает руки к Кате.) Но я знаю, она меня не любит. Зато полюбит моего брата Асана. Это я тебе, Катя, говорю с точностью до одной миллионной. Ему в ближайшее воскресенье исполняется двадцать пять лет. Ровно четверть века. Такую дату необходимо отмечать широко и престижно. А для этого тебе необходимо выйти из тесного круга нашей школы и приехать на дачу самого лучшего друга Асана, на дачу Жоры в это воскресенье к трем часам дня. Он заедет к тебе на своей «Волге» и отвезет в сказочный рай.

К а т я. Зачем так много слов, Рахат-Лукум? Я буду.

Р а х а т - Л у к у м. Ха! Я никогда не сомневался в твоем здравомыслии.

К а т я. Это не от здравомыслия. Это просто так…

В с е в о л о д. Ты только ее приглашаешь?