К а т я. А где остальные?
А с а н. Отдыхают. Они нам не нужны. (Увлекает ее на диван, опрокидывает.)
(Увлекает ее на диван, опрокидывает.)
К а т я (сопротивляется). Зачем ты это? Не надо!
(сопротивляется)
А с а н. Чего ты? Я тебе не нравлюсь? Почему? Ты мне нравишься. Мне нравится твоя тонкая шея. В ней изящество, нежность и беззащитность. Хочешь, я напишу твой портрет! Я бы его сделал пером, тонкими-тонкими линиями. Передал бы всю нежность твоей души. Вот эта линия. (Ведет пальцем по шее к груди Кати. Катя отстраняется.) Ну подожди, чего ты плохо обо мне думаешь! Художник — как врач, для него женщина — как святая мать, как сестра. Ты для меня сестра. (Отстраняется, щурит глаза, руками обводит шею, грудь Кати.)
(Ведет пальцем по шее к груди Кати. Катя отстраняется.)
(Отстраняется, щурит глаза, руками обводит шею, грудь Кати.)
К а т я (смеется). Мне щекотно!
(смеется)
А с а н. Какие изящные формы! Почему я не скульптор? Я бы тебя изваял, но и живописец может сделать не меньше. Я тебя увековечу! Твой портрет будет висеть в Русском музее! Только для моего вдохновения ты должна хоть немного полюбить меня… А для этого надо немножко выпить. (Насильно вливает в рот Кате вино.)
(Насильно вливает в рот Кате вино.)
Катя вырывается, смеется, обессиленно падает головой на грудь Асану.
Катя вырывается, смеется, обессиленно падает головой на грудь Асану.
Двор. Светает. Руслан по-прежнему беспокойно ходит возле беседки. Открывается окно. В нем показывается м а т ь Р у с л а н а.
Двор. Светает. Руслан по-прежнему беспокойно ходит возле беседки. Открывается окно. В нем показывается м а т ь Р у с л а н а.