О л е с я. Ладно тебе. Ребята к быстрому привыкли, а мы к танго вернемся.

К а л е н д а р е в. Ну и вернешься ради открытия. (Весело.) Да что ты завелась? Установка такая, понимаешь?

О л е с я. Не ври, какая еще установка? Все давно что хотят танцуют. Уж скажи, что тебе до фонаря, что салон, что бассейн, — лишь бы открыть.

К а л е н д а р е в (миролюбиво). Ну дай провести мероприятие спокойно.

О л е с я (со слезой). Ты же сам любил все современное, последнее, заводное, сам нас агитировал! (Махнула рукой.)

К а л е н д а р е в. Спокойно. (Обнимает ее.) Времена меняются, ласточка. И мы от них не должны отставать.

О л е с я. А мы? Не время, что ли?

К а л е н д а р е в. Ну… в общем-то, да. Но есть и помоложе кадры.

О л е с я. Ладно, посмотрим, что под твои краковяки будут твои молодые кадры танцевать.

К а л е н д а р е в. Ну что ты завелась? Все будет, дай срок. (Мечтательно.) Ах, братцы, какие же я в Москве ансамбли открыл бесподобные: «Автограф», «Второе дыхание», «Последний шанс». (Легкову.) Не слышали?

Л е г к о в (с трудом отрываясь от Светланы). Да… «Последний шанс» — это вы точно сформулировали… (Растерянно трет лоб.) Вспомнил! Болван! У меня (роется в «дипломате») ведь еще кое-что припасено. Вам (протягивает Олесе футляр) и вам (дает Календареву пластинку).