И зачем приносят жертвы? Может быть, ненасыщенная страстность требует страданий? Любовь, соединенная с желанием обладать, – жестокая любовь, и произошла она, может быть, из той ярости, с которою дикий зверь преследует добычу».
Странные мысли развивались в голове Логина. И по мере их нарастания, чувства его становились все более дикими и злыми. Ему казалось, что не любовью любит он Анну, а ненавистью. И думал он, что сладостно причинять ей жестокие страдания и потом утешать ее нежными ласками. Думал – русские женщины любят терпеть потасовки от милого.
Под вечер Анна возвращалась с мызы домой, одна. У калитки сада встретила Серпеницына. Он снял рваную шапку и тихо сказал:
– Осмеливаюсь просить вашего внимания. Анна остановилась. Внимательно смотрела на Серпеницына. Думала, что он будет просить о себе, и соображала, чем ему можно помочь. Серпеницын продолжал:
– Хотя и вижу вас в обуви, дарованной природою, как имеют обыкновение ходить девицы низшего сословия, но по некоторым данным заключаю, что вы изволите быть благородною дочерью владельца этого богатейшего имения.
– Да, – сказала Анна.
– Имею сообщить вам нечто, относящееся к одной из особ, которые имеют честь пользоваться гостеприимством вашего отца.
– Мне-то, – начала было Анна, хмуря брови, но Серпеницын перебил ее:
– Отнюдь не сплетня или клевета, а нечто важное в самом возвышенном смысле. Честное слово благородного человека!
Серпеницын ударил себя кулаком в грудь и очень убедительно смотрел на Анну.
– Да вы, – опять начала она, и опять Серпеницын, угадывая, что она хочет сказать, поспешно крикнул:
– Серпеницын!
Анна открыла калитку, впустила в сад Серпеницына и пошла впереди его. На площадке, закрытой густыми кустами, она остановилась. Серпеницын заговорил:
– Вы, может быть, изволите знать о тех слухах, которые волнуют население города, особенно его невежественную часть.
Анна молча наклонила голову.
Серпеницын помолчал, помялся и опять заговорил:
– Иные из господ обитателей изволили выбраться из города в места более или менее отдаленные, во избежание неприятностей. А между прочим, господин Логин из города не уезжает, хотя и настали вакации. Осмелюсь обратить ваше благосклонное внимание на то, что господин Логин излишне пренебрегает могущими произойти неудобствами.
– Вы что-нибудь знаете? – спросила Анна. Она бледнела, и глаза ее испуганно расширились.
Серпеницын отвечал:
– Знать будущее никак невозможно, а только я так полагал, что ваши благоразумные советы, направленные к своевременному отбытию господина Логина из города, могут оказать благодетельное действие. А засим честь имею кланяться.