Когда нам семнадцать

Когда нам семнадцать

ОБ АВТОРЕ

ОБ АВТОРЕ

Виктору Николаевичу Александровскому шестьдесят лет. Он родился за полтора месяца до Великой Октябрьской революции. Именно с этого мне хочется начать свое предисловие к его книге. Дело не в возрасте. Дело в том, что Александровский принадлежит к тому поколению советских людей, которое до единого дня своей жизни, до единого своего дыхания прожило вместе со своей страной. У нас все — историки. И ребятишки уже с четвертого класса отлично знают, когда произошла Октябрьская революция, когда закончилась гражданская война и прогнали последних белых. Когда построили Днепрогэс, когда погиб ледокол «Челюскин», кто такие Папанин, Кренкель, Стаханов, Паша Ангелина… А о войне с фашистской Германией и империалистической Японией — и говорить не приходится — в полном расцвете сил, управляя государством, работая в промышленности и сельском хозяйстве, двигая науку и здравоохранение — в полном расцвете сил и ума те, кто пережил это тяжелейшее из всех испытаний.

И все это время отражено в песнях и книгах, в фильмах и пьесах.

Думается, что, пожалуй, самая главная задача художника — оставить людям свидетельство очевидца и участника, сказать о своем времени и, в конечном итоге, о себе. И тем ответственнее, тем сложнее эта задача, чем сложнее и ответственнее время. А тут все время и вся жизнь!

Видимо, существуют все же они — неписаные законы творчества. И хотим мы того или нет, но мы следуем им в своей работе — и первая книга всегда, ну почти всегда, о пережитом. То есть о том, что не требует специального накопления материала, специального продумывания, творческих командировок. Первые книги бесхитростны в подавляющем большинстве своем, как дыханье. Тут и писательская неопытность, и невозможность не писать именно о том, что ты уже увидел, пережил, перечувствовал. Таково начало литературного творчества. И уже отработав тяжелое время войны на судостроительном заводе мастером, начальником цеха, уже будучи секретарем Хабаровского горкома КПСС, В. Александровский пишет свою первую повесть «Счастливого пути», в последующем получившую новое и, как думается, более удачное название «Когда нам семнадцать». Наверное, не случайно то, что из всего увиденного и пережитого в жизни первым попросилось на бумагу то, что происходило и с автором, и с его сверстниками, когда им было по семнадцати лет — в начале тридцатых годов.

Может быть, оглядываясь назад, В. Александровский — один из тех самых ребят — хотел понять и проследить, откуда в его поколении эта стойкость, эта несокрушимая вера в свое дело, в дело народа, откуда они, эти силы, позволившие им выстоять в боях и одолеть послевоенную разруху, когда недостаток ощущался во всем. Видимо, автор хотел понять истоки той убежденности и стойкости, с которыми его поколение строило Днепрогэс, возводило Магнитку, создавало Сталинградский тракторный, с которыми насмерть встало у стен Бреста, Ленинграда, Москвы, Одессы, Севастополя и Сталинграда. Я уверен, что любой из советских писателей посчитал бы для себя честью принадлежать к этому поколению и еще большей честью — донести до нынешних лет хотя бы некоторые черты того времени.