«Ну как же! На земле есть четыре океана, а пятый океан — это небо. Самый великий океан». — Беспалов поерошил Колины волосы и неловко поцеловал в ухо.

«Подождите! — Коля порылся в кармане и вытащил фигурку ослика. — Это я сам выпилил из дерева в партизанском лагере и на костре обжег. Хотел отцу подарить ко дню рождения. Возьмите его в полет».

* * *

В это время снова заговорило радио, и летчик замолчал.

«Самолет Иркутск — Москва прибудет через тридцать минут».

— Прибудет, прибудет! — закричал я.

— Ну вот видите, как все хорошо кончилось, — сказал летчик. — Я знал, Коля не подведет!

Но я уже бежал, можно сказать, летел. У дверей диспетчерской я на секунду остановился, потом тихонько нажал на дверь. Воздушная карта по-прежнему горела разноцветными линиями.

Я нашел иркутский самолет. Теперь он не стоял, он двигался к Москве.

Я стал такой счастливый, что даже не знал, что мне делать от счастья.

Я бросился обратно в зал. Там сидела мама.

— Мама, а где же летчик? — спросил я.

— Он ушел.

— Как же ушел!

Вот никогда не бывает человеку до конца хорошо. Ведь мы еще не узнали, что случилось с Беспаловым.

Мама увидела, что я очень расстроился, а так как у нее самой было хорошее настроение, то она сказала:

— Вот что, на тебе двадцать копеек, иди купи себе газированной воды и мороженого.

Я пошел в буфет.

Там за одним столиком сидели два летчика. Один из них был наш знакомый.

Я несколько раз прошел мимо, чтобы он меня заметил, и даже один раз задел его стул. Но он меня не замечал.