К третьей секции, «Человек», он, конечно, отношения никакого не имел и иметь не будет, не по его специальности, там будут доклады по этнографии, фольклористике, по истории Сибири.

Он теперь дома-то почти не жил, Корнилов, а все на работе, на работе. Так ему было легче – не мог он слушать пустоту соседней комнаты, не мог вспоминать, что еще недавно оттуда доносились шаги Нины Всеволодовны. Говорили – комнату отдадут товарищу Кунафину – он зачислялся в штат Крайплана.

Итак, Корнилов составлял сводку очень тщательно, она была обширной, цифровой материал сопровождался комментариями и резюме, и, должно быть, поэтому он и не заметил, что Сеня Суриков смотрит на него с каким-то особым значением. Он это умел, Сеня, смотреть на кого-либо с тем или иным значением. Да и сам-то товарищ Прохин стал в последние дни несколько строже, Корнилов и этому не придал особого смысла, еще бы, такая напряженная работа, такой ответственный период! А не заметив этого и будучи у товарища Прохина в кабинете по поводу все той же сводки, он сказал:

— Я думаю, Анатолий Александрович, было бы неплохо показать раздел «Гидроэнергетические ресурсы и перспективы развития речных путей сообщения в крае» Георгию Васильевичу. Он специалист. Смыслит в деле, у него статьи напечатаны по этим проблемам. И не одна. В журнале «Жизнь Сибири». И в других.

— Какому Георгию Васильевичу? – спросил Прохин.

— То есть как это какому? Разумеется, Бондарину!

— Ну, знаете ли... – развел руками Прохин. – Неужели вы не в курсе? Да его же у нас нет, Бондарина!

— Как это нет? Ушел? Куда же он ушел-то в такое напряженное время? Ведь вы же его не отпускали, просили и еще задержаться в Крайплане. Ведь пятилетний план окончательно верстаем!

— Странный вы человек, Петр Николаевич! Право... Не замечаете ничего. Будто вас ничего не касается. Нету у нас Бондарина. Поняли: нету!

— Не понимаю...

— Кадры-то у нас должны серьезно проверяться, кадры решают все! Кадры нам присылают – бывшего князя Ухтомского прислали, например, но ведь и проверяют тоже. Без этого не обойдешься. Без этого в наше время нельзя.

В Красносибирске среди прочих многочисленных газет и журналов – партийных, сельских, профсоюзных, национальных, ведомственных, охотничьих, женских и детских – выходила молодежная газета, она так и называлась – «Молодой большевик», она по своему значению и тиражу уступала только краевой газете.

В редакции «Молодого большевика» был, разумеется, и главный редактор.

Им был товарищ Мартынов – примечательная личность! Совсем юноша – ему, наверное, только-только перевалило за двадцать, – он был человеком очень известным, один из признанных молодежно-комсомольских лидеров края, оратор, публицист, организатор и проводник всех начинаний Советской власти.