(81) «Вышед из Лицея…» Пушкин окончил Лицей 9 июня 1817 г., а в с. Михайловское выехал 8–10 июля и находился там до конца августа.

(82) «…деревня est le premier» – недописанная цитата из Вольтера (какая именно, не установлено).

(83) Старый Арап – Петр Абрамович Ганнибал (1742–1826), родной дядя матери Пушкина Надежды Осиповны Ганнибал и сын известного «арапа Петра Великого» Ибрагима Ганнибала. Пушкин навещал своего двоюродного деда в его имении с. Петровском близ Михайловского.

(84) Ризнич – Амалия, умерла за границей в начале 1825 г. До Пушкина известие о ее смерти дошло только через полтора года, 25 июля 1826 г.

(85) Р., П., М., К., Б. – Декабристы К. Ф. Рылеев, П. И. Пестель, С. И. Муравьев-Апостол, П. Г. Каховский и М. П. Бестужев-Рюмин были казнены в Петербурге 13 июля 1826 г. Пушкин узнал об этом в Михайловском на 11-й день.

(86) Коронация Николая I, отложенная до окончания следствия и суда над декабристами, состоялась в Москве 22 августа 1826 г. Пушкин узнал об этом в Михайловском на 10-й день.

(87) Шиллеров «Духовидец» – в русском переводе был издан под заглавием: «Духовидец, история, взятая из записок графа О*** и изданная Фридрихом Шиллером» (1807 г.; второе издание 1818 г.).

(88) «Вероятно, поляки?». Имевшие связи с декабристами поляки – члены национального патриотического товарищества.

(89) Встреча Пушкина с В. К. Кюхельбекером произошла на ст. Залазы на пути Пушкина из Михайловского в Петербург. В. К. Кюхельбекер в это время препровождался с фельдъегерем Подгорным из Шлиссельбургской крепости в Динабургскую, куда он 12 октября 1827 г. был отправлен вместо каторжных работ в Сибири сроком на 20 лет. О встрече Пушкина и Кюхельбекера сохранился следующий рапорт фельдъегеря:

«Господину дежурному генералу Главного Штаба его императорского величества генерал-адъютанту и кавалеру Потапову Фельдъегеря Подгорного Рапорт Отправлен я был сего месяца 12-го числа в гор. Динабург с государственными преступниками, и на пути, приехав на станцию Залазы, вдруг бросился к преступнику Кюхельбекерю ехавший из Новоржева в С.-Петербург некто г. Пушкин, начал после поцелуя с ним разговаривать, я, видя сие, наипоспешнее отправил как первого, так и тех двух за полверсты от станции, дабы не дать им разговаривать, а сам остался для прописания подорожной и заплаты прогонов. Но г. Пушкин просил меня дать Кюхельбекеру денег, я в сем ему отказал. Тогда он, г. Пушкин, кричал и, угрожая мне, говорит, что „по прибытии в С.-Петербург в ту же минуту доложу его императорскому величеству, как за недопущение распроститься с другом, так и дать ему на дорогу денег, – сверх того, не премину также сказать и генерал-адъютанту Бенкендорфу“. Сам же г. Пушкин между прочими угрозами объявил мне, что он был посажен в крепости и потом выпущен, почему я еще более препятствовал иметь ему сношение с арестантом; а преступник Кюхельбекер мне сказал: это тот Пушкин, который сочиняет. Фельдъегерь Подгорный. 28 октября 1827 г.».