Сборник «Восточные мотивы» вышел в свет 14 января 1829 г. и поразил современников богатством образов, разнообразием ритмов, блеском стиля. Пластическая выразительность стихотворений сборника приближает их к произведениям современной им романтической живописи Жерико и Делакруа. Впоследствии Леконт де Лиль, избранный после смерти Гюго во Французскую Академию на его место, в своей вступительной академической речи назвал «Восточные мотивы» «откровением истинной Поэзии для всего последующего поколения».

Сборник «Осенние листья» опубликован 1 декабря 1831 г. и включает стихотворения 1828 — 1831 гг. Хотя в предисловии к книге Гюго заявлял о ее интимном характере, о том, что «революции преобразуют все, за исключением человеческого сердца», к которому обращается поэт, все же Июльская революция и последующие политические события побудили его включить в сборник и политическую лирику, которую он ранее предполагал издать отдельно. Так, в заключительном стихотворении «Друзья, скажу еще два слова...» дается картина европейской реакции 1815 — 1830 гг., эпохи господства Священного союза (подавление освободительных движений в Испании, Португалии и Ирландии, австрийское владычество в Италии, кровавые репрессии в Болонье кардинала Альбани, иронически сравниваемого с римским трибуном Катоном, угнетение Бельгии, присоединенной к Голландии в 1815 — 1830 гг.). «Важность политического момента», о котором говорится в предисловии к книге, затронула «медную, гремящую струну» лиры Гюго. В целом же, по словам Гюго, сборник является «эхом тех, часто невыразимых раздумий, которые неясно пробуждаются в нас множеством созданий, страдающих или изнемогающих подле нас...».

В сборник «Песни сумерек», опубликованный в октябре 1835 г., вошли стихотворения 1830 — 1835 гг. Книга была задумана первоначально как собрание политической лирики, однако затем Гюго решил включить в нее стихотворения личного характера, отмеченные теми же «сумеречными» сомнениями и тревогой, что и раздумья, вызванные неудовлетворенностью результатами революции 1830 г. Гюго нисколько не обманывался относительно равнодушия нового режима к нуждам народа и показного характера буржуазного либерализма, готового забыть тех героев, которых он же превозносил вчера, подобно тому, как забывается имя греческого героя Константина Канариса, сражавшегося в 1820-х годах против турецкого ига вчера в честь него лились «чернильные реки», сегодня его слава безмолвна, как стала безмолвна расколотая персидским царем Камбизом «поющая статуя» Мемнона в египетском городе Фивах, которая при первых лучах солнца издавала гармонический звук в результате нагревания песчаника.