Так стоит эта «Гроза» или «Глаза». А «Пенкина» нету. Тут я прямо закачался.

Багаж, думаю, в каюте. Документов с собой мало. И пароход уплыл.

Тут вся наша труппа закачалась.

«Чего, — думаем, — делать?»

Спрашиваем публику плачевным голосом:

— Давно ли «Пенкин» ушел? На чем прикажете догонять?

Публика говорит:

— Догонять не приходится. Эвон «Пенкин» стоит. Только теперича это «Гроза» — бывший «Пенкин». Переменили заглавие.

До чего мы обрадовались — сказать нельзя. Бросились всей труппой на пароход и до самого Саратова не вылезали.

А в Саратове я вылез всего, ей-богу, на полчаса. Только до ларька смотался, пачку папирос купил. И поскорей назад.

Возвращаюсь назад — опять, гляжу, нет моего парохода. Другой пароход стоит.

Конечно, испуг у меня был не такой сильный, как в первый раз. Думаю, шансы есть. Может быть, думаю, они опять заглавие перекрасили.

Но все-таки испугался. Не совру.

Подхожу ближе.

Вижу, «Грозы» действительно нету. А стоит «Короленко»[56]. Спрашиваю берегового боцмана:

— А где «Гроза»?

Боцман говорит:

— А эвон «Гроза». Только теперича это «Короленко», начиная с Саратова.

— Чего ж, — говорю, — краски-то не жалеете?

— Так что, — говорит, — прежнее заглавие, как бы сказать, не актуальное было. Не так созвучно, как это.