Тим не заметил, что впереди и позади их автомобиля едут две другие машины с личной охраной. Не понял он и выкриков газетчиков, которые бегая по улицам, размахивали своими листками:
— Il barone Treci é morto!
— Adesso un ragazzo di quatrodici anni é il piu ricco uomo del mondo.
Барон с улыбкой перевел их выкрики Тиму:
«Барон Треч умер! Четырнадцатилетний мальчик — самый богатый человек на земле!»
На перекрестке машина остановилась перед светофором. Треч в это время давал Тиму указания, как надо вести себя на приеме, на который они сейчас едут. Но Тим плохо его слушал — он засмотрелся на маленькую смуглую девочку с черными, как вишни, глазами, которая стояла на тротуаре рядом с продавцом фруктов и, широко раскрыв рот, старалась откусить кусок огромного яблока. Заметив взгляд Тима, она опустила руку с яблоком и улыбнулась мальчику.
Тим кивнул ей, снова забыв, как печально кончается всякий раз его попытка улыбнуться.
И девочка вдруг увидела, что лицо за стеклом автомобиля исказила ужасная гримаса. Она испугалась, заплакала и спряталась за спину продавца фруктов.
Тим закрыл лицо руками и откинулся на спинку сиденья. Барон же, наблюдавший за этой сценой в зеркало, опустил стекло со своей стороны и, смеясь, что-то крикнул девчушке по-итальянски.
Девочка с еще мокрым от слез лицом выглянула из-за спины продавца фруктов, робко подошла к машине и протянула свое яблоко барону. Когда Треч дал ей за это блестящую монету, она, просияв, пискнула: «Grazie, signore!»[28]— и рассмеялась.
В это мгновение машина тронулась, и барон протянул яблоко Тиму.
Но Тим невольно отдернул руку, и огромное красное яблоко, блестевшее, словно лакированное, покатилось с его колен на пол, под ноги шоферу.
— Вам надо научиться, господин Талер, — сказал Треч, — заменять в будущем свою улыбку чаевыми. В большинстве случаев чаевые производят гораздо более сильное впечатление.
«Зачем же ты тогда купил мой смех?» — подумал Тим.
Вслух он сказал:
— Я приму это к сведению, барон.
Лист восемнадцатый В ПАЛАЦЦО КАНДИДО
Лист восемнадцатый
В ПАЛАЦЦО КАНДИДО
Палаццо Кандидо, как ясно уже по итальянскому названию, — это белый дворец; снаружи белый мрамор, внутри — белая штукатурка. Когда барон с Тимом поднялись по лестнице из белого мрамора на первый этаж, их со всех сторон окружили директора. Все они показались Тиму какими-то странно знакомыми — наверное, это они тогда встречали егр на пристани. Директора хранили почтительное молчание, пока барон разговаривал с Тимом.