— Я хочу выпить, — заявила она, натягивая на плечо ночную рубашку.

— Ложись ты, — сказала мисс Реба. — Простудишься.

— Хочу выпить, — настаивала Темпл.

— Ложись и хотя бы прикрой наготу, — сказала мисс Реба. — Ты уже три раза пила после ужина.

Темпл снова поправила рубашку. Взглянула на Хореса.

— Тогда вы дайте мне выпить.

— Ну-ну, милочка, — сказала мисс Реба, пытаясь уложить ее. — Ложись, укройся и расскажи ему об этом деле. Выпить я сейчас принесу.

— Оставьте меня, — сказала Темпл, вырываясь. Мисс Реба набросила ей на плечи одеяло. — Дайте тогда сигарету. У вас не найдется? — спросила она Хореса.

— Сейчас дам, — сказала мисс Реба. — Ты сделаешь то, о чем он просит тебя?

— Что? — сказала Темпл. Ее черные глаза воинственно уставились на Хореса.

— Вам не надо говорить, где ваш… он… — сказал Хорес.

— Не подумайте, что я боюсь, — сказала Темпл. — Я расскажу это где угодно. Не думайте, что испугаюсь. Хочу выпить.

— Расскажи ему, я дам тебе выпить, — сказала мисс Реба.

Сидя на постели с наброшенным на плечи одеялом, Темпл стала рассказывать о той ночи, что провела в разрушенном доме, с того, как вошла в комнату и пыталась запереть стулом дверь, и до того, как женщина подошла к кровати и вывела ее из дома. Казалось, из всего происшедшего только это произвело на нее какое-то впечатление: та ночь, которую она провела сравнительно неоскверненной. Время от времени Хорес пытался свести ее рассказ к самому преступлению, но она уклонялась и вновь вела речь о себе, сидящей на кровати и прислушивающейся к мужским голосам на веранде, или лежащей в темноте, пока они не вошли в комнату, подошли к кровати и встали над ней.

— Да, вот так, — говорила Темпл. — Это просто случайность. Не знаю. Я так долго пребывала в страхе, что, наверно, привыкла к нему. И вот я сидела на этой хлопковой мякине, глядя на него. Сперва подумала, что крыса. Там было две. Одна сидела в углу, глядя на меня, и другая сидела в углу. Не знаю, как они живут там, в амбаре нет ничего, кроме голых початков и мякины. Может, бегают есть в дом. Но в доме не было ни одной. Там я их не слышала. Сперва, услышав его, я решила, что это крыса, но людей можно ощущать в темноте: вы не знали этого? Их необязательно видеть. Их ощущаешь, как в машине, когда они начинают искать место для стоянки — понимаете: остановиться на время.

Темпл продолжала в том же духе, то был легкий, непринужденный монолог, какой заводят женщины, ощутив себя в центре внимания; внезапно Хорес осознал, что она рассказывает о случившемся с неподдельной гордостью, с каким-то наивным и бесстрастным тщеславием, словно хвастая этим, и переводит с него на мисс Ребу быстрые, пронзительные взгляды, будто собака, пасущая двух овец.