Темпл держала Лупоглазого спиной к Рыжему. Рыжий все еще глядел на нее, возвышаясь над остальными почти на голову.

— Пошли, — сказала она на ухо Лупоглазому. — Раз хочешь танцевать, давай потанцуем.

Темпл выпила еще. Они снова танцевали. Рыжего не было видно. Когда музыка прекратилась, Темпл выпила еще. Лучше от этого не стало. Выпитое легло в груди твердым, горячим комом.

— Пойдем, — сказала она. — Продолжим.

Но Лупоглазый не поднялся. Темпл стояла возле него, мышцы ее дрожали от изнеможения и страха. Она стала насмехаться над ним:

— Тоже мне мужчина, смелый бандит, и позволяешь девчонке затанцевать себя до упаду.

Потом лицо ее сжалось, стало маленьким, изможденным и искренним; она заговорила как ребенок, с трезвым отчаянием:

— Лупоглазый.

Он сидел, положив руки на стол, и вертел в тонких пальцах сигарету, второй стакан с тающим льдом стоял перед ним. Темпл положила руку ему на плечо.

— Папочка.

Передвинувшись так, чтобы заслонить от него зал, она украдкой сунула руку ему подмышку, коснулась рукояти плоского пистолета. Пистолет лежал словно в легких мертвых тисках между рукой и боком.

— Дай его мне, — прошептала Темпл. — Папочка. Папочка.

Прижавшись бедром к плечу Лупоглазого, она стала гладиться о его руку.

— Дай его мне, папочка, — шептала она.

Внезапно ее рука незаметно и быстро скользнула вдоль его тела; потом она резко отдернула ее.

— Я забыла, — прошептала она. — Я не хотела. Я не…

— Нет! — прошипел сквозь зубы один из сидящих за тем столиком.

— Сядь, — велел Лупоглазый.

Темпл повиновалась. Наполнила стакан, наблюдая за действиями своих рук. Потом перед ее глазами оказался серый пиджак. У него треснула пуговица, тупо подумала она. Лупоглазый был невозмутим.

— Потанцуем? — сказал Рыжий.