Ты не получил моего и жены моей письма, в котором мы извещали тебя, что посылка твоя получена в полной сохранности. Так как я лично этим пером его писал, а жена его отправила заказным, остается предположить, что или оно до 3.III к тебе не пришло, или пропало.
Конечно, все очень понравилось. Крепко тебя целую. «Учение о бактериофаге» на русском языке я также получил и прочитал. Рад всякому твоему успеху, желаю тебе сил!
Напиши мне, сколько стоит большой Мольер, я тебе тогда сообщу, как поступить (сколько он обойдется с пересылкой).
Большое письмо сочиняется, но медленно, медленно. Но сочинится.
Семье Ивана передай привет. Я свалил с плеч инсценировку «Войны и мира» Л. Толстого[438], и есть надежда, что за письма я теперь сяду. За большие.
Пиши, пиши, не забывай.
Михаил.
65. В. В. Вересаеву. 15 марта 1932 г.
65. В. В. Вересаеву. 15 марта 1932 г.
Москва
Мой телефон теперь Г-3-58-03.
Дорогой Викентий Викентьевич!
Все порываюсь зайти к Вам в сумерки, поговорить о литературе, да вот все репетиции.
У Станиславского репетируем — поздно кончаем.
А между тем иногда является мучительное желание поделиться.
Вчера получил известие о том, что «Мольер» мой в Ленинграде в гробу. Большой Драматический театр прислал мне письмо, в котором сообщает, что худполитсовет отклонил постановку и что театр освобождает меня от обязательств по договору.
Мои ощущения?
Первым желанием было ухватить кого-то за горло, вступить в какой-то бой. Потом наступило просветление. Понял, что хватать некого и неизвестно за что и почему. Бои с ветряными мельницами происходили в Испании, как Вам известно, задолго до нашего времени.