Дорогой Михаил Афанасьевич! Новый вариант либретто получил. Все хорошо, особенно сцена в Костроме. Зарезана только моя муз[ыкальная] концепция Лобного места! Как тут выбраться, пока не знаю! Напишите или телеграфируйте, санкционировал ли Комитет В[аши] добавления. Если да, я готов быстро все досочинить, чтобы не было отговорок, что опера не готова. Хотя я и понимаю, что ее очередь после дождичка в четверг, но хочу, чтобы на меня вина не падала за столь длительную отсрочку. Кстати, Мелик-Пашаев не ответил мне на целых три письма. Он отступился от «Минина» или его отступили?! Привет В[ашей] супруге. Сердечно обнимаю Вас и умоляю не сдаваться.
Б. Асафьев
Да, здесь меня осаждают из Нижнего (Горький) просьбами разрешить им постановку «Минина». Сообщите В[ашу] точку зрения. Я их послал в Комитет.
11. Б. В. Асафьев — М. А. Булгакову. Телеграмма. 20 февраля 1937 г.
11. Б. В. Асафьев — М. А. Булгакову. Телеграмма. 20 февраля 1937 г.
Кончил и сдал [в] переписку вторую картину первого акта пишу картину шестую.
Асафьев.
12. Б. В. Асафьев — М. А. Булгакову. Телеграмма. 23 февраля 1937 г.
12. Б. В. Асафьев — М. А. Булгакову. Телеграмма. 23 февраля 1937 г.
Кончил костромскую картину сдал переписку шлю письмо приветы.
Асафьев.
13. М. А. Булгаков — Б. В. Асафьеву. Телеграмма. 5 марта 1937 г.
13. М. А. Булгаков — Б. В. Асафьеву. Телеграмма. 5 марта 1937 г.
Ваши телеграммы получил. Радуюсь Жду нетерпением музыку Обнимаю
Булгаков
14. М. А. Булгаков — Б. В. Асафьеву. Телеграмма. 10 марта 1937 г.
14. М. А. Булгаков — Б. В. Асафьеву. Телеграмма. 10 марта 1937 г.
Почему задерживается присылка музыки Телеграфируйте Приветы
Булгаков