Если взглянуть на XVIII век невооруженным глазом или глазами Ватто, Буше, Фрагонара, он будет казаться нескончаемым карнавалом, приездом и разъездом карет, мотыльковым порханием платьев и вееров, мерцанием часов и канделябров. Единственной фальшью – ее легко, впрочем, оправдать («так было принято») – покажутся слишком уж нарумяненные лица и чересчур напудренные парики. Его охотно именуют галантным веком.

Описывая дом Калиостро, выдающийся французский историк Гюстав Ленотр [2] обронил фразу: «Тайная лестница, сейчас замурованная, шедшая параллельно главной, поднималась до третьего этажа, где и сегодня находишь ее следы». Эта фраза может быть эпиграфом ко всему «делу Калиостро». По извилистым темным, узким лестницам все время сновали странные люди. Чаще всего у них были вымышленные имена. Бомарше, выполняя возложенную на него королем тайную миссию, гонялся по всему континенту за негодяем с кроткой фамилией Ангелуччи. В Англии тот называл себя «Аткинсон». Как и было условлено, Ангелуччи – Аткинсон передал посланцу короля тираж антиправительственного памфлета; как не было условлено – пытался утаить экземпляр. Это было в 1774 году. Обращает на себя внимание одна деталь: книги, брошюры и памфлеты, порочащие политическое устройство Франции, вышучивающие короля и его министров, печатались, как правило, в Лондоне. Чтобы сбить с толку полицию, слово «Лондон» значилось в выходных данных некоторых книг, напечатанных во Франции. Там же, в Лондоне, был напечатан и памфлет изгнанного из Франции Калиостро. Прекрасный психолог, он всегда хорошо чувствовал, какие струны и в какой момент нужно задеть, знал дозировку лекарств и ядов.

16 июля 1782 года открылся конгресс в Вильгельмсбаде, куда из Франции, Италии, Швейцарии, Дании съехались представители тайных обществ, те, кто желал распорядиться судьбами мира. Именно там люди, не похожие ни на кавалеров Ватто, ни на пастушков Буше, ни на благодушного раскачивателя фрагонаровских качелей, набросали многие эскизы. «Картины» будут выставлены спустя несколько лет… Эти люди, пожелав сохранить инкогнито, мудро управляли не подозревавшими, что их дергают за ниточки, честолюбцами, рвавшимися к власти, жаждавшими триумфа. Они руководили, например, действиями Мирабо, хотя тому казалось, что одного его жеста достаточно, чтобы сдвинуть с места или остановить на полном скаку многотысячные толпы. Они не упускали из виду герцога Орлеанского, метящего на трон кузена, но попавшего, как и другие, на эшафот, едва надобность в нем отпала. Они помогли Наполеону взять власть и они же лишили его власти, когда убедились, что тот желает властвовать безраздельно. Они же бросили на произвол судьбы и верного слугу, Калиостро, после того, как все поручения были им выполнены.