– Он бывает у вас?

– Часто. Он одинокий и говорит, что ходит к нам изучать семейную жизнь.

– Способный?

– Очень. И не дрожит, как другие, над каждой мыслью, а расхаживает по лабораториям и со всеми советуется. И сам советует. Очень хороший.

– А это кто?

– Где?

– Да вот этот же! Лысый, со щечками.

Лысый, со щечками, был Крамов, который зачем-то дважды выходил из зала, возвращался и, остро поглядывая вокруг, подсаживался то к Рубакину, то к Никольскому.

– Это директор нашего института Валентин Сергеевич Крамов.

– Вот что! – с уважением сказала Лена. – Хороший человек?

Я ответила уклончиво:

– Умный.

– А как ученый?

– С большими заслугами.

Кругом зашикали, и я замолчала.

Кто-то дотронулся до моего плеча, и я обернулась. Это был Андрей.

– Пять минут одиннадцатого!

– Иду!

– Да ты просто сошла с ума, честное слово!

– Уверяю тебя, что он еще спит.