— Возможно, сегодня ты туда вообще не пойдешь. Я позвоню и скажу, что ты себя неважно чувствуешь.

Еще пару дней назад такое предложение обрадовало бы Джо. Сегодня оно его насторожило.

— Со мной все в порядке. Я могу идти в школу.

— Вставай и одевайся. С тобой, Джо, не все в порядке, — возразил отец. — Ты мертв. Ты уже умер.

Не позавтракав, они покинули дом и пошли пешком в сторону Маскатайн-авеню. Даже в утренние часы на ней всегда было оживленное движение. Улица переходила в Айова-авеню, посередине которой тянулся бульвар, разделяя проезжую часть.

Когда Джо был совсем маленьким, Дэнни и Кэти жили на Айова-авеню в доме на две семьи и постоянно жаловались на шум уличного движения. Но уже тогда жилье в этих местах стоило дороже квартир в других местах. (В особенности неугомонный многоквартирный дом, именуемый «женским клубом»; он был ближе к кампусу и центру города. Студенты выпускных курсов и состоятельные младшекурсники предпочитали жить не в общежитиях.) Осенью семьдесят третьего, когда Дэнни оказался на Айова-авеню со своим подросшим сыном, внешне эта улица почти ничем не изменилась. Однако аренда жилья существенно выросла, и теперь здесь селились университетские преподаватели младшего и частично среднего звена.

— Так это улица, где вы жили с мамой? — спросил Джо, когда они шли по Айова-авеню в сторону центра.

— Где мы жили с мамой. Да, это она.

Их дом стоял между Гилберт-стрит и Джонсон-стрит, пересекавших Айова-авеню. Дэнни узнал этот двухэтажный дом. Тогда клиновидные отделочные доски, которые покрывали стены и крышу, были бледно-желтого цвета. Они с Кэти и малышом жили на первом этаже. С тех пор дом перекрасили в серый цвет. Похоже, теперь оба этажа занимала одна семья.

— Вот этот, серый? — спросил Джо.

Должно быть, нынешние обитатели дома еще сильнее страдали от шума. Поток машин, несущихся к центру города, заметно возрос.

— Да, серый, — коротко ответил Дэнни.

Он повернулся к дому спиной. За шесть лет деревья на бульварчике разрослись и даже стали красивыми.

— Дед говорил, ты не любишь Айова-авеню и стараешься не ездить по ней.

— Это так, Джо.

Они стояли плечом к плечу и смотрели на едущие машины.

— В чем дело? Я что, наказан? — спросил Джо.

— Нет. Ты не наказан. Ты уже мертв.

Дэнни махнул в сторону проезжей части.