— Я объясню тебе, чем плох дремуче тупой патриотизм, — он обманчив! Там нет ничего, кроме старой сказки: американцам нужно победить.

Разве Кетчум не сказал бы чего-нибудь подобного?

А сейчас, когда война в Ираке длилась уже два года, разве не пришел бы Кетчум в ярость от тупости большинства американских граждан и их неспособности увидеть в иракской войне очередное средство отвлечения? Отвлечения от чего? Конечно же, от войны с терроризмом, которую в 2001 году с такой помпой провозгласил президент Буш. И что, многих террористов он успел выследить и наказать?

Американские усилия давали обратный эффект. Спецслужбы ни на шаг не продвинулись к обнаружению и уничтожению террористической организации «Аль-Каеда».

— Пусть лучше выслеживают и уничтожают боевиков из ХАМАСа и «Хезболлы», пока еще есть возможность! — гремел Кетчум, когда Дэнни звонил ему вскоре после поездки на Извилистую.

Но зачем вообще американцы сунулись в Ирак? Саддамовский Ирак был светской тиранией. Понимало ли большинство американцев эту разницу? Пока американцы не влезли в Ирак, никакой «Аль-Каеды» там не было. (От политических рассуждений у Дэнни голова начинала идти кругом. В таких вопросах он все-таки не обладал уверенностью Кетчума. К тому же у него просто не было времени читать столько, сколько читал старый сплавщик.)

А что бы сказал сердитый старый сплавщик из округа Коос, когда в мае 2003 года Соединенные Штаты объявили об окончании «главных боевых действий» в Ираке? Менее чем через два месяца после начала войны? Это давало богатейшую пищу для размышлений.

Возможно, вопросы к Кетчуму, оккупировавшие стенки и дверцу холодильника, и были напоминанием о глупостях войны. Писатель иногда спохватывался и спрашивал себя: зачем он продолжает это делать? Глупость иракской войны и так сверхочевидна. А прилепленные листки действовали на Дэнни угнетающе.

В мае 2003 года американский госсекретарь Колин Пауэлл[150] и британский министр Тони Блэр[151] сделали весьма похожие заявления. Они заявили, что данные разведки об иракском оружии массового поражения не были ни преувеличенными, ни искаженными и не служили средством оправдания для вторжения в Ирак. Дэнни так и видел перед собой усмехающегося Кетчума и слышал его слова:

— Отлично, ребята. А теперь покажите мне найденное оружие!

Иногда Дэнни зачитывал вопросы, адресованные Кетчуму, его псу Герою. («Даже этому псу хватило бы мозгов допереть, куда направлена их война!» — сказал бы Кетчум.)

В наступающий сезон распутицы Дэниелу Бачагалупо исполнится шестьдесят три. Он потерял единственного сына, а затем и отца. Он жил один, не говоря уже о том, что он был писателем. Естественно, Дэнни разговаривал с псом.